Когда стало совсем темно, Фёдор наконец остановился. В окна проникал желтый свет газовых фонарей. Он прошел в душ, долго и с удовольствием смывал с себя усталость. В одном полотенце он зашел в раздевалку. В темном углу загорелся огонек сигареты, и по комнате распространился аромат вишневого табака. Фёдор замер, пытаясь разглядеть неожиданного гостя.
— Интересно, — сказал из темноты смутно знакомый женский голос.
В свете лампы появилась рыжая подружка господина Дювалле.
— Вот уж не ожидала, что кто-то тут будет так поздно.
— Серафима, кажется?
— Можете звать меня Сэм, — ответила она. Глаза ее сверкнули.
— Я вам помешал? — спросил Фёдор, отходя к своему шкафчику.
— Ни в коем случае.
Девушка подошла ближе.
— Я думала потренироваться. Но раз уж вы здесь…
Еще ближе.
— … может поможете мне?
Фёдор повернулся к ней.
— Интересно чем?
— Проведёте мне пару занятий, — ответила она, глядя ему в глаза.
Фёдор молчал несколько секунд, размышляя.
— Можно. Но вам надо будет переодеться, — наконец произнес он.
— У меня тут воротник тугой. Поможете, Фёдор Михайлович? — спросила она и расстегнула пуговицу на блузке.
Глава 4
— О! Гляди! «Лагуна», — молодой парень в аккуратном, но недорогом костюме с восторгом уставился на проезжающий мимо длинный паромобиль.
Девушка, которая шла с ним под руку, с интересом посмотрела в ту сторону, куда указывал ее молодой человек.
— Стану главным инженером, тоже нам куплю такой. И тоже красный.
Окружающие фонари отражались на латунных деталях паромобиля, создавая впечатление, что это огромное ювелирное украшение. Шелестя колесами, «Лагуна» остановилась у парадного входа в клуб «die Biestien». Водитель с достоинством обошел длинный капот и величественным жестом открыл пассажирскую дверцу. Леонард Дювалле элегантно вышел наружу, помог выбраться своей рыжей спутнице и, не оборачиваясь, пошел к дверям клуба. Сзади с немного напряженным лицом из авто выбрался Фёдор. Он поправил сюртук и пошел следом. Пара головорезов-охранников в ливреях слегка кивнули гостям и, ни слова не говоря, раскрыли перед ними тяжелую дубовую дверь.
Внутри играла музыка, пахло благовониями, духами и горящими свечами. Сегодня в салоне шла Игра. Богатая молодежь, поэты, философы, высокопоставленные бандиты и либерально настроенные дворяне. Звучали радостные и расстроенные вскрики, шелестели карты, по рулетке прыгал металлический шарик. Фёдор чувствовал себя слегка напряженно, но старательно не подавал вида.
— Леонард! Старый ты разбойник! Как же я рад тебя видеть!
К ним подошел пожилой мужчина с бакенбардами, в котором Фёдор узнал графа Пфуля. Того самого, что приходил к ним в училище разбираться в вопросах дворянской чести. Парень сразу отвернулся, с интересом рассматривая золотую лепнину на стенах и потолке. Случайно встретился взглядом с Сэм, та ему весело подмигнула.