Девушка кивнула и стала дальше смотреть на море. Внезапно вскинулась и улыбнулась:
— Гляди! Дельфины!
И правда, завидев яхту, серые хищники моря подплыли к «Альтаиру» и радостно устроили с ним гонки.
«Всё только начинается?» — подумал Фёдор.
Конец
Тут идут титры.
Сцены после титров: * * *
По случаю ветренной погоды кочегарам нечем было заняться. Тепло в топке поддерживалось ровно настолько, чтобы она грела внутренние помещения и не пришлось потом заново её раскочегаривать.
Живчик мирно спал в углу и видел прекрасный сон о том, что он ложится спать. А вот Чёрту было чем заняться. Он разложил вокруг свою коллекцию и перебирал её, внимательно рассматривая каждую вещь. На особом месте стоял начищенный до блеска медный чайник. Рядом лежали военный жетон, дамский револьвер, чья-то записная книжка, шкатулка черных опалов из Королевства Неро, гнутая металлическая кружка, мятая кепка, театральный бинокль, связка ключей, кортик с засохшей чёрной кровью. Много чего лежало вокруг. Но особенно Чёрту нравилась Шапочка. Такая маленькая металлическая шапочка с приделанными к ней сверху небольшими железными трубочками. Нажимаешь на кнопку, и из трубочек выпрыгивают длинные стальные иглы. Нажимаешь ещё раз, иглы задвигаются назад. Чёрт мог часами сидеть и нажимать на кнопку. Очень ему этот процесс нравился. Хорошая Шапочка, сразу после Чайника теперь любимая вещь. На корону человеческую чем-то похожа.
* * *
Настоящий Кузьма Афанасьевич Покрывашкин сидел за грубосколоченным столом и медленно читал газету, которую только что притащил всклокоченный кум. Идиот не мог связать ни одного слова, только размахивал мятой газетой и глухо матерился.
— Да уймись ты, окаянный. На-сле-дник, — прочитал по слогам заголовок старик, — ко-ро-ны у-бит!!!
— №%№! %;%№№! — прокомментировал кум.
— Спокойно, — уверенно сказал Кузьма Афанасьевич, — сейчас.
Он встал, достал из под стола бутылку с белой мутной жидкостью и разлил по двум стаканам. По комнате распространился запах меда. Кум немедленно выпил, даже без закуски.
— Афанасич! Что-ж такое! — наконец смог сформулировать мысль он. — Что ж в столице то твориться!
— Твориться и твориться. В городе все время что-нибудь творится. На то он и Лосбург. Ты то чего раскудахтался.
— Это же ужас! А кто ж теперь заместо царя-амператора?
— Кто б не был, не важно, — дед поправил длинные седые лохмы и оторвав полоску газеты, стал скручивать самокрутку. — У нас тут пасека, куда ж они без наших пчелок и без нашего медка? Все хорошо будет, не переживай. Давай еще по одной. Как раз после второй, змейки веселей хороводы водят.