— Ясно. — Похоже, ничего толкового он рассказать не сможет. Хотя на что я надеялась? Он всего лишь подросток. — У тебя раньше ломались коньки?

— Да никогда! Их же проверяют! Сказали, брак какой-то…

— И тебя отвезли в больницу. Ты чувствовал себя нормально, только жар и озноб не проходили. И, наверное, пока ты спал, твоя мама увидела нечто необычное. Так?

— Да… Откуда ты знаешь? Но я уснул. А потом… потом…

— Утром проснулся. Водички захотел?

— В туалет, — смутился мальчишка. — Ну я откинул одеяло и тут… бац!

Я подняла брови.

— Я не смог встать! — едва не плача прошептал Питер. — И даже пошевелиться! Испугался жутко… Лишь одна шея и поворачивалась. Кое-как присмотрелся, а мое тело примерзло к матрасу! Целиком покрылось коркой льда! От пяток до подбородка! Я сначала не понял, хотел закричать, а потом… потом…

— Потом понял, — закончила я.

— Ага, — ссутулился он так, что лоб почти уткнулся в колени. — Мои линии Духа повредились. Я стал… стал…

— Деструктом, — подсказала я.

— Порченным!

— Ну если тебе так больше нравится. Что было дальше?

— Я попытался выбраться из ледяной корки, да только руки ободрал. А потом бац — и лед растаял. Просто растекся лужей. И вот странность — все промокло, а я остался сухой…

— Покажешь?

— Я не знаю, как этим управлять!

Я мотнула в его сторону головой и сказала: «Бу!».

Питер ойкнул и удивленно посмотрел на свой сжатый кулак. Медленно раскрыл ладонь, на которой лежала горсть снега и льда.

Придержав парнишку за шиворот пижамы с котятами, чтобы и правда не свалился со скользкого карниза, я с интересом осмотрела его руку.

— А как это ты тут? — не понял мальчик, тараща изумленные глаза. — Ты же там сидел! Далеко! А потом раз — и хвать меня!

Я потыкала в лед пальцем, и он растаял, словно испугавшись. Питер брезгливо потряс ладонью, смахивая капли.

— Я стал монстром! — патетически выкрикнул он. — Чудовищем! Меня казнят?

— В Империи действует мораторий на смертную казнь.

— Значит, упекут в Пески, а это еще хуже! Там живут демоны! О Истинный Дух, я обречён! Я боюсь! Что мне делать?

— Ну для начала, не надо так орать. Конечно, если не хочешь привлечь чужое внимание.

— Но инквизиторы…

— Инквизиторов здесь нет, только я, — со значением произнесла я. — Твоя мама оказалась разумной женщиной. Похоже, она заметила неладное еще вчера. Или увидела лед на твоем теле и сообразила, в чем тут дело. Вот и не стала обращаться в полицию. Думаю, с персоналом клиники она сумеет договориться, чтобы твое исчезновение посчитали лишь глупой мальчишеской проказой. Никто не узнает, Питер.

— Но…