В темноте оказалась дверь, а за ней еще один плохо освещенный коридор. Ренегат, не оглядываясь, шел вперед, а я сверлила взглядом его спину, размышляя, кто он и на что способен. Мужчина выглядел худым, но был ли он слабым? И чего стоит его обещание не вредить мне?

Может, стоит попытаться сбежать? Сейчас, пока мы одни в темном коридоре? Рядом никого…

Я осторожно достала из-за корсажа спицу, проверила пальцем острие и посмотрела на шею главаря. Если вонзить сбоку, используя эффект неожиданности, можно попытаться сбежать. К тому же прямая провокация лучше всего показывает суть человека, а яркая эмоция помогает сбросить Маску — в прямом смысле слова. Если главарь прикрывается чужим лицом, есть шанс это увидеть.

Я поковыряла ногтем верхушку спицы, отламывая жемчужину и лихорадочно продумывая свои действия. Перед глазами пронеслась картинка: вот жемчужина летит вперед и мягко ударяется об пол. Ренегат поворачивает голову, непроизвольно реагируя на движение и звук. Я кидаюсь к нему и бью спицей в его шею. Не убью, но давление на точку у сгиба с плечом на некоторое время парализует преступника. У меня будет несколько минут, чтобы добраться до двери, мимо которой мы проходили. От нее отчетливо тянуло сквозняком, а значит, за ней должен быть выход…

Я швырнула жемчужину.

Перламутровый шарик матово блеснул в тусклом свете настенной лампы.

И завис в воздухе.

Время сожрала чужая Сила.

А меня прижала к стене мужская рука в перчатке. Я задохнулась от ужаса и изумления, не понимая, как проклятый преступник это сделал! Он просто исчез со своего места — и вот я уже втягиваю воздух, а мою шею охватывают чужие пальцы. Это даже не Пыль, это что-то совершенно иное! Что-то…инородное. Противоестественное!

Мужчина склонился, и темные глаза оказались близко-близко к моим.

Жемчужина со стуком упала на пол.

— Не стоит, — мягко сказал Рэй.

Я тяжело дышала, совершенно дезориентированная. Как? Как он это сделал?

Это невозможно!

— Кто. Ты. Такой? — чуть ли не простонала я.

Он не отвечал, рассматривая мое лицо. Пальцы в коже перчаток все еще лежали на шее — не сдавливая, лишь намекая на то, что он мог бы сделать.

Я замерла, сбитая с толка, обескураженная. Втянула воздух и ощутила слабый запах ветивера и благовоний, исходящий от рубашки мужчины. Аромат едва уловимый, легкий — как дым погашенной свечи. Но у меня закружилась голова. Что там говорила безумная Игла? Что это человек может свести с ума? И почему слова, произнесенные змеиным шепотом, больше не кажутся мне бредом?

Рэй опустил руку, и на миг я снова задохнулась, почему-то подумав о том, что он коснется моих бедер. Но он лишь забрал спицу и отодвинулся. Лицо осталось безучастным, словно ничего не случилось.