— Провались ты к чертям, Дамир, — мрачно пожелала я, размышляя, что теперь делать. Видеть бывшего сокурсника, а тем более болтать с ним мне совершенно не хотелось. От выпитого спиртного болела голова и слегка плыло пространство.

— Кэсси!

Стук прекратился. Но обрадовалась я рано, потому что из дверной створки «выстрелили» клубы пыли, словно дверь была старым ковром, по которому изо всех сил ударили веником. Пыль завертелась, собираясь воедино и формируясь в человеческую фигуру. И уже через миг Дамир сделал вдох в моей комнате, миновав запертую дверь.

— Ого. Кратковременное расщепление собственного тела для преодоления материальных препятствий. По-простому — Пыль. Впечатляет. И возможно лишь при достижении восьмого уровня, — сухо произнесла я, встречая взгляд его суженных и лихорадочных глаз. — Ты действительно очень способный.

Дамир повел головой, не отвечая. Сделал несколько мягких шагов, приближаясь.

— Вот только, кажется, забыл, что применять «Пыль», дабы вломиться в чужое жилище — это серьезное преступление. Мне стоит написать жалобу в домен миротворцев, Дамир?

— Пиши. — Он сделал еще шаг, не сводя с меня взгляда, который мне очень не нравился.

Кажется, Норингтон осознал, что ведет себя странно. Остановившись, он тяжело втянул воздух.

— Я просто… просто… я не ожидал тебя увидеть. В этом платье. И… такую. Тебе идет синий.

Я опустила взгляд на довольно высокий разрез в блестящей ткани, открывающий правую ногу до бедра. Да уж, я тоже не ожидала.

— Мне все идет, Дамир, — так же сухо отбила я, и он усмехнулся.

— К сожалению, да.

Он потер переносицу, пытаясь сосредоточиться. Я осторожно сделала шаг назад. Мне не нравилось поведение Дамира. Раньше он никогда не вламывался в мою комнату. Пытаясь казаться беззаботной, я отступила еще.

— Что ты делаешь в Академии? Кажется, ты ее благополучно закончил. Еще в прошлом году.

— Я получил отчет Анны Левкой, она дала разрешение на твою практику.

— И ты примчался, чтобы мне об этом сообщить? Ого, кажется, ты удивлен, Дамир? Ожидал, что меня отчислят?

— Был уверен, что на приеме у Анны ты соврешь, и это станет твоим концом. Ее никто не может обмануть, но для тебя правила никогда не имели значения.

— Ты не слишком высокого обо мне мнения.

— Просто я тебя знаю.

Я опустила взгляд. Ничего ты не знаешь, Дамир. Хотя в этом не ошибся — я наврала с три короба и даже больше. И лишь благодаря этому вранью получу диплом Аннонквирхе. Скажи я правду — уже сейчас собирала бы вещи.

А то и хуже…

— Анна считает, что ты образумилась и раскаялась. Ее отчет довольно лояльный. Я удивлен.