Войска, что выстроиться ровными рядами. Стяги? Полководцы в сияющих доспехах? Императорское знамя, злато которого, отражая солнечный свет, слепило бы глаза?
Повозка.
И люди подле нее.
Императрица встает, сжимая руку Ксочитл. И Верховный слышит, как быстро-быстро стучит её сердце.
Ицтли выходит первым.
И помогает выбраться из повозки женщинам. Верховный же качает головой. Он слаб, но не настолько, чтобы принять помощь.
А там, снаружи…
Зеркало?
Зеркало… два отражения глядят друг в друга. И кто настоящее? Белые одежды… одежды и те одинаковы.
И судорожно выдыхает Ксочитл, стискивая руку. Она тоже потерялась? Растерялась? Ицтли замер. И взгляд его встревоженный мечется меж двумя Императрицами.
— Удивительное сходство, — голос Владыки сущего нарушает тишину мыслей. — Вот уж вправду мастер заклятье плел… хотя, подозреваю, не обошлось без общей крови.
Они смотрят друг на друга, две девочки.
И делают шаг.
Одновременно.
И столь же одновременно тянут друг к другу руки. Их пальцы касаются, и это прикосновение что-то меняет, если к Верховному возвращается способность дышать, утраченная давно, забытая даже будто бы.
Они обходят друг друга, не разрывая прикосновений. Они столь одинаковы, что даже улыбки их — отражения.
— А которая из них наша? — тишину нарушает долговязый юноша с железным обручем на голове. В центре обруча, в основании единственного зубца его полыхает ярким цветом камень.
— Понятия не имею, — отзывается его спутник. — Потом разберемся.
Он невысок, да и обличье имеет довольно странное. Плоское лицо с круглыми глазами. Кожа, пусть и тронутая солнцем, все же слишком светла.
Хотя темнее, чем у юноши.
И Система послушно приходит на помощь, открывая имена. Не только имена…
— Рад приветствовать вас на земле мешеков, — Верховный первым подходит к гостям и кланяется, ибо Система не обманывает. А если так, то поклон — меньшее, что он может сделать в знак уважения.
— И я вас, — парень повторяет его жест, хотя не хватает ему должной мягкости в движениях. И по всему видно, что не привык он кланятся. — Вы же Верховный жрец, верно?
— Верно, Владетель… барон, — Верховный все же решил использовать тот титул. — И также приветствую вашего благородного наставника. Позвольте представить…
Ицтли нахмурился.
И выражение лица стало упрямым. Но поклонился, когда Верховный назвал его имя. Ксочитл же чуть склонила голову. И выдохнула, сказав:
— Теперь у меня две дочери.
Тон был таков, что возражать желания не возникло. Во всяком случае, у Верховного.
— Ну да… это проблема, — заговорил старший из варваров. — Как мне кажется… две Императрицы — это на одну больше, чем нужно.