— Ты красивая, — прошептал он, проводя пальцами от моего горла до низа живота. — Такая красивая, что у меня сердце останавливается.

— Не останавливай. Оно мне нужно, — я взяла его руку, прижала к своей груди. — Чувствуешь, как бьётся?

Он наклонился, поцеловал меня. Медленно, смакуя, изучая. Его язык скользнул в мой рот, и я застонала. Его руки гладили мою спину, бёдра, живот. Когда он коснулся меня между ног, я выгнулась — я уже была влажной, готовой.

— Ты так хочешь меня, — сказал он, скорее утверждая, чем спрашивая.

— Больше жизни.

Он опустился ниже, раздвинул мои ноги. Я почувствовала его дыхание на своей киске — горячее, прерывистое. Он поцеловал внутреннюю сторону бедра, потом другую. Я вцепилась в его волосы.

— Демид, пожалуйста…

— Что «пожалуйста»? Скажи.

— Лижи меня. Я хочу чувствовать твой язык.

Он не заставил ждать. Первое прикосновение языка к клитору — и я закричала. Он водил им кругами, то быстрее, то медленнее, иногда касаясь входа, иногда входя внутрь. Я извивалась, стонала, сжимала его голову ногами. Оргазм накрыл меня волной — горячей, долгой, пульсирующей. Я кричала его имя, а он не останавливался, пока мои спазмы не стихли.

— Ты такая сладкая, — прошептал он, поднимаясь. — Я мог бы делать это вечно.

— Потом, — я потянула его за руку, усаживая на себя. — Сейчас я хочу тебя внутри. Глубоко.

Он вошёл медленно, смотря мне в глаза. Я чувствовала, как он заполняет меня, как растягивает, как каждое движение отзывается во всём теле.

— Смотри на меня, — попросил он. — Не закрывай глаза.

Я смотрела. В его расширенных зрачках, в сжатых губах, в напряжённых скулах. Он двигался ровно, сильно, и я отвечала, поднимая бёдра навстречу.

— Демид, я сейчас…

— Подожди, — он замедлился. — Я хочу, чтобы мы кончили вместе.

Он ускорился, и я почувствовала, как его член пульсирует внутри. Мои мышцы сжались, и мы одновременно выгнулись, закричали, потеряли контроль. Я чувствовала, как его сперма заливает меня, тёплая, густая, как он продолжает двигаться, продлевая наслаждение.

Мы упали на ковёр, тяжело дыша. Он обнял меня, прижал к себе.

Ризотто остыл. Мы ели его холодным, сидя у камина, и смеялись. Ночь была долгой — мы ещё дважды занимались любовью: сначала медленно и нежно, потом быстро и почти грубо. Я устала, но была счастлива.

Утром мы выехали в Краснодар. Дорога заняла пять часов — дождь, пробки, плохая видимость. Демид всю дорогу держал меня за руку, иногда целовал пальцы. Я смотрела в окно на проплывающие поля, леса, маленькие деревни, и думала о маме.

— Она любила путешествовать, — сказала я вслух. — Мы часто ездили на море. Захар не любил, но мама настояла.