— По делам, Сергей Иванович.

Он был меня на шесть лет старше, а в это время старших было принято называть по имени отчеству.

— Зови меня «Иваныч». Интересный у тебя стиль. Я такого нигде не встречал, а дерусь я с года семьдесят первого. А ты?

— Я с семьдесят шестого.

— Тоже ничего себе. Такому обучить других, наверное, не получится. Движения у тебя очень своеобразные и не стандартные. А вот поспарринговать с таким было бы очень интересно и полезно для общего развития. Не хочешь постоять с нашими?

— Почему нет? — Пожал плечами я. — Только я удар почти не контролирую и не люблю боксировать в перчатках.

— На открытых кулаках? — Удивился Иваныч. — Где ж так учат?

Я пожал плечами.

Спарринги прошли без особой крови и к удовлетворению всех сторон. Бойцы у Сильвестра были неплохие, но бессистемные. Да и он сам особой техникой не обладал.

После пяти боёв с его учениками он предложил мне поединок с ним, но я отказался, сославшись на усталость. По его глазам мне стало понятно, что он оценил по достоинству моё чувство такта.

С тех пор я изредка захаживал и выступал в роли спарринг-партнёра для его бойцов. Иногда я давал им по себе попасть и этим ещё больше зарабатывал уважение у Сильвестра.

Иваныч несколько раз предлагал мне «общий бизнес», но я таинственно ссылался на некий запрет свыше.

— Нельзя мне, Иваныч, — говорил я и показывал пальцем в небо. — Папа не разрешает.

— Религия, что ли? — Спрашивал он.

Я только качал отрицательно головой. А когда я подъехал к спортзалу на служебной автомашине ЧВК «Берсерк» Сильвестр всё понял. Или ему так показалось, что он понял. И у нас с ним состоялся разговор.

— Высоко сидит твой папа, — усмехнулся он невесело, глядя на меня с недоверием.

ЧВК «Берсерк» было у всех на слуху. Про нас писали газеты всего мира и территорию бывшей части ШМАС[3], располагавшейся тут же на Юго-Западе рядом с академией народного хозяйства при Совмине СССР, которую отдали под наше формирование, штурмовали не только советские корреспонденты.

Часть была удивительна тем, что на её территории стояли советские самолёты разных поколений, на которых учился будущий авиационно-технический состав ПВО Москвы.

В мой истории, после перевода части в гарнизон Нудоль Шарино в Клинских болотах, на этом месте начали строить микрорайон Тропарево-Никулино. Самолёты и учебные классы были разграблены. Мы же классы лишь слегка переоборудовали для тактических занятий, а самолёты холили и лелеяли, как большие игрушки. Территорию части слегка «заточили» под наши нужды, вместо плаца сделав парковку спецтранспорта.