[1] ВВП — Взлётно-посадочная полоса.
Глава 18
Сильвестра пытались взорвать только после нашего с ним «знакомства» пятнадцать раз. Причём тринадцать раз инициировал подрывы я. Сергей Иванович стал сильно нервничать и как-то в начале 1992 года, после очередного на него моего «неудачного» покушения, напросился на встречу и обратился с нетривиальной просьбой. Для чего не погнушался приехать на территорию ЧВК «Берсерк».
Не отказавшись от бокала виски и тонко нарезанного салями (день приближался к полуночи), он отхлебнул сразу половину и, не закусывая, начал излагать.
Говорил он необычно эмоционально и почти не глядя мне в глаза.
— Проблемы у меня, Васильич. Сегодня снова пытались взорвать. Везёт пока. Но водилу придётся менять. Хоть и выживет, говорят врачи, но с ногами промается долго. Спасибо ты надоумил с Владика «крузаки» праворульные завезти. Вот справа снизу и рванули. Ты знаешь, не могу я сзади ездить. Бронеплита помогла. Да…
Он ещё раз отпил, поставил бокал на дубовый деревянный стол и снова налил. Я виски не любил и тянул коньяк, закусывая яблочком.
— Проблемы…
Он снова глотнул. Я пробарабанил пальцами по столу.
— Иваныч, не тяни кота за причиндалы. У меня режим. Сон не позже двадцати четырёх. Врачи рекомендовали.
— Мне нужна твоя помощь, Михаил. И даже не помощь, а… крыша.
Последнее слово Сильвестр выбросил отрывисто, словно решившись на отчаянный поступок.
— Но ведь я не бандит, Иваныч. А ты бандит. Я тебя не осуждаю. Это твой выбор. Но… Да и чём тебе моя крыша поможет, если тебя взрывают едва ли не каждый день? Ты просто сиди дома.
— Так они и дома меня достают. Один раз ведро с взрывчаткой с крыши до окна спустили и взорвали. Другой раз из миномёта виллу обстреляли.
Он снова выпил.
— Не в бомбоубежище же мне поселяться.
Я встал и подошёл к заснеженному со стороны улицы окну. Не знаю, чем, но мне нравился Сильвестр. Может быть своей фанатичной любовью к боевым искусствам? Может быть своим бандитским «робингудством»? Он помогал бедным, жестоко пресекал распри внутри «команды» и отстаивал своих не огульно, а по справедливости.
С моей ли помощью или самолично, но он достиг положения смотрящего по Москве, не будучи «вором в законе».
— Тебя не поймут воры, Иваныч, и выдадут тебе «чёрную метку».
— Тебя уважают, Михаил. И ты не мент и не гэбэшник. Ты коммерсант. Тебя давно пробили. Ты простой мореман, вовремя и грамотно подсуетившийся. Тебе просто удалось собрать команду единомышленников — спортсменов и ывших спецов. И за это я тебя ещё больше уважаю. Что не бросил своих, а подтянул к теме.