На какое-то время, примерно на год, я пропал из поля зрения Чанга, но моих ребят он не прогнал, вероятно знал причины. Они, действительно, приносили пользу компании, а зарядил идеями их надолго.

Контакты с Чангом возобновились сразу после того, как я восстановил свою память, то есть, в 1988 году.

— Здравствуйте, мистер Чанг, — сказал я в трубку телефона, позвонив из номера гостиницы.

— Здравствуйте, господин Смит. Очень рад вас слышать. Вы, похоже, на острове?

— На острове.

* * *

— Вас долго не было с нами, но мы исполняли наши обязательства, — встретил меня мистер Чанг, поднявшись из кресла, выйдя из-за стола и протягивая мне для рукопожатия свою ладонь.

Мягкий диодный свет лился и из потолка, и из стен.

— Наша фирма что-то должна? — Спросил я, присаживаясь в мягкое кресло.

— Очень немного, — ответил Чанг, присаживаясь рядом. — Ваши сотрудники почти компенсировали наши затраты. Одного из них мы перевели заместителем менеджера по технологиям с очень хорошим окладом.

— Да! Я знаю!Спасибо вам, мистер Чанг, за понимание. Меня задержали дела семейные.

— Семья — превыше всего. Как супруга?

— Мы с ней расстались. Она не знает, где я. По договорённости с её отцом и на благо нашего с ней сына.

— Да-да… Я понимаю. Ради детей можно пойти на многое. У вас нет разногласий с сэром Аланом Гамильтоном?

— Нет. Мы с ним всё утрясли.

— Мы с грустью читали ваш некролог, но ребята сказали, что с вами всё в порядке.

— Так было нужно для Элли.

На моих глазах блеснули неподдельные слёзы.

— Будете коньяк? — Спросил Чанг.

— С удовольствием.

* * *

С тех пор мы встречались с Мистером Чангом часто и к девяностому году мы накопили достаточно средств и опыта, чтобы открыть фирму по сборке материнских плат и компьютеров на процессорах Интел, приобретя в Австралии фирму «Микробис».

В девяносто первом году мы продали первую партию компьютеров на четыреста восемьдесят шестом процессоре с предустановленной операционкой Линукс обладавшей прекрасными офисными программами и цветными мониторами.

Ничего из выпущенного нами на Австралийском рынке не планировалось к продаже в Союзе. В СССР мы продавали персональные компьютеры на базе процессора «Эльбрус».

Я и раньше знал, что в Интелах изначально заложена возможность внешнего воздействия вплоть до взятия компьютера под контроль злоумышленниками, а наши ребята в Тайваньском Самиконддакторе подтвердили это «на пальцах».

Дроздов с Гришиным не позволили совсем «задушить» разработку наших процессоров. Дело в том, что в семидесятых годах правительством было принято решение копировать процессоры «Интел», скопированные и развитые американцами с наших, и никто не сказал этим балбесам, что это был тупиковый путь.