Эмоции Райли всегда было сложно понять, но сейчас меня не беспокоит даже ее ложь. Я мог бы заставить ее говорить, но предпочитаю, чтобы она сама захотела поделиться правдой. Теперь, когда мы остались одни, она должна бояться, но вместо этого ее решимость только растет.
Как такое возможно?
После того, что она узнала обо мне? После того, как она увидела… как я без труда превратил этого стражника в существо, дрожащее от боли.
«Кто этот кретин? » – вопрос проносится у меня в голове, но я проглатываю слова, продолжая нервно ходить по комнате. Райли колеблется, и я ощущаю, как ее захлестывает волна стыда.
– Кто он? – наконец спрашиваю я, почти рыча.
Она приоткрывает губы, словно хочет что-то сказать, но я останавливаю ее резким:
– Не надо. Не смей лгать мне.
Райли вздрагивает и отворачивается. Облокотившись на стол, она закрывает лицо руками. Я ненавижу себя за то, что мой голос звучит так грубо, но чувствую ее эмоции. Моя пара испытывает… Ужас, стыд. И все это из-за того человека, а не из-за меня. Мне хочется уничтожить его за то, что он сделал.
Я теряю контроль. Стена, которую я возводил между нами, рушится. Сжав кулаки, я стремительно преодолеваю разделяющее нас пространство, наклоняюсь и заключаю ее в объятия. Прижимаюсь подбородком к ее плечу, щекой к ее щеке.
– Пожалуйста, – говорю я, ощущая, как мой разум погружается в вихрь ее чувств. Она словно везде и нигде, и я понимаю, что, если сосредоточусь, смогу помочь ей успокоиться и раскрыться. Но я не намерен разрушать ее доверие. Вместо этого я терпеливо жду, пока она сделает шаг навстречу. – Пожалуйста, – повторяю я, когда наши сбивчивые вздохи сливаются в едином ритме, и она замирает в моих руках. Я никогда не произносил этих слов прежде, но сейчас сказал их дважды. – Только на этот раз не лги мне.
Она глубоко вдыхает и произносит:
– Он королевский стражник. – Ее голос срывается от эмоций.
– Какую роль он играет в твоей жизни? – интересуюсь я, стараясь сохранять спокойствие.
– Год назад я думала, что нравлюсь ему. Считала его хорошим человеком. А потом… все изменилось, и я не смогла это остановить…
– Ты самая сильная женщина из всех, кого я встречал, а ведь моя мать – богиня, – перебиваю ее я. – Поэтому я не понимаю, как ты могла это допустить? – У моей бабочки есть когти, и я убедился в этом во время нападения Фейдеров. Она могла бы легко одолеть этого стражника, если бы захотела.
– Он угрожал мне, – отвечает Райли.
– Чем?
– Посадить меня в темницу. Всякий раз, когда я переходила черту, всякий раз, когда он ловил меня в городе, где мне не разрешалось быть…