Дэнни долго молчал. Потом коротко кивнул.

— Я не уйду, — сказал он. — Если ты этого боишься.

— Я не боюсь, что ты уйдёшь, — ответил Маркус. — Я боюсь, что ты останешься и начнёшь стрелять, когда уже не веришь ни во что. Тогда ты опасен.

— Я верю, — тихо сказал Дэнни. — Но теперь немного по-другому.

— Добро пожаловать во взрослый мир, лейтенант, — буркнул Рено.

На этот раз Маркус его не одёрнул.

Пьер всё это время молчал. Слушал, курил, наблюдал. В какой-то момент поймал на себе взгляд Маркуса.

— Тебе есть что добавить? — спросил командир.

— Нет, — сказал Шрам. — Всё по делу.

Он потёр пальцами переносицу.

— Я просто жду, когда вы мне скажете, чем всё закончится. Варианты я уже знаю.

— Вариантов несколько, — честно ответил Маркус. — Первый: нас всех отпускают по итогам разборок, мы продолжаем работать, но с более жёсткими правилами. Второй: компанию заставляют показать, что она «сделала выводы», и кого-то из нас снимают с контракта. Вариант «посадить кого-то одного» тоже обсуждают, но пока слишком много тех, кому невыгодно, чтобы это были ты или я.

Он хмыкнул.

— Слишком много людей вложили в нас деньги.

— Приятно быть инвестицией, — сказал Джейк.

— Ты — сомнительный актив, — отрезал Маркус. — Но да, тебя тоже посчитают.

— А если вдруг всё-таки решат, что нужен козёл отпущения? — спросил Пьер.

Маркус посмотрел на него прямо.

— Тогда будем биться, — сказал он. — Не оружием. Бумагами, связями, показаниями. Я не собираюсь молча смотреть, как на кого-то из моих вешают всё, пока остальные чистят репутацию.

Он чуть усмехнулся.

— Я, может, и наёмник, но не мусор.

— Слышал, Шрам? — сказал Джейк. — У тебя есть адвокат. Бесплатный. Бритиш-стайл.

— У меня есть командир, у которого ещё не отняли чувство приличия, — уточнил Пьер. — Это редкая штука. Её обычно первой списывают на склад.

Маркус поднялся.

— Всё, — сказал он. — На сегодня достаточно философии. Через полчаса — ужин. Потом, возможно, ещё один заход на беседы с «особыми товарищами».

Он поправил футболку.

— Ведём себя тихо, вежливо, но не услужливо. Мы не жертвы и не преступники. Мы те, кого они сами сюда привезли.

Он пошёл к двери. Михаэль отлип от стены, последовал за ним. Карим тоже. Дэнни остался сидеть, глядя в стол. Джейк снова потянулся к ноутбуку, но потом передумал и просто откинулся на стул, закрыв глаза. Рено перевернулся на другой бок, наконец-то натянув на лицо журнал.

Трэвис зевнул и, глядя на Пьера, сказал:

— Слушай, Шрам. Если тебя вдруг захотят слить, скажи. Я хотя бы успею напиться в твою честь.

— Не суетись, ковбой, — ответил Пьер. — Если меня захотят слить, ты узнаешь об этом первым. По количеству камер в коридоре.