Старушка всеми силами пыталась нарядить меня в какое-нибудь непотребство, сводя этим с ума. В комнате с завидной частотой появлялись то полупрозрачные ночные сорочки, то трусы, состоящие из трех жемчужных ниточек. Не представляю, где бабушка добывала эти сокровища, но я запарилась просить Филиппа возвращать их отправителю.

— Ничего не обещаю, но постараюсь. У меня тут вообще-то важные дела.

— Какие же?

— Найти того, кто подставил мою фиктивную жену, и вернуть ей лавку. В качестве, так сказать, свадебного подарка. Смотри, какой я практичный.

В груди расплылось тепло, и чтобы не показывать своих эмоций, я быстро проговорила:

— Если у тебя получится найти виновного, мы можем не разводиться.

И тут же осеклась, понимая, что сболтнула лишнего. Во-первых, потому что надавила на больную мозоль Арсения — необходимость развода после того, как он разберется с зельем. Это ведь и было условием нашей сделки. А во-вторых, потому что да потому что я прожила всего несколько дней в этом доме, с этим мужчиной, а уже не особо жаждала уйти. Мне тут нравилось.

Иногда не хватало моей лавки и взбалмошных клиентов, но в целом — жить с Арсением оказалось приятным занятием. Мы даже ужинали всё чаще вместе, в окружении родственников.

— По крайней мере, мы можем развестись не сразу. А когда ты уладишь все свои заморочки с Управлением.

— Благодарю за заботу, дорогая жена, — Арсений прижал ладони к груди с выражением притворного восторга.

Он коротко рассмеялся — низким, горловым смехом, от которого у меня по спине пробежали мурашки. Это был редкий звук, непривычный для стен особняка Вирнгольдов.

Ну, вроде бы мои слова его не задели. И хорошо. Не будем уточнять, чего хочется мне самой. Этот брак — деловое партнерство, и оно будет закончено, как только мы поможем друг другу.

— Ладно, — посерьезнел Арсений. — Давай оставим перепалку до вечера. Ты займись списком клиентов, а я отправлю запросы в архивы. Если твой «хороший человек» где-то наследил — мы найдем.

Я покачала головой и направилась к двери. Но уже на пороге обернулась:

— Арсений.

— М-м-м?

— Если Антона Люта действительно признают виновным я хочу присутствовать при его задержании.

Он посмотрел на меня — долгим, оценивающим взглядом.

— Договорились.

Стоило мне выйти в коридор, как вслед донеслось тихое:

— Из тебя вышел бы неплохой некромант, Мира. Ты умеешь мертвого напугать.

Я не стала отвечать, но глуповато улыбалась до самой спальни.

***

Вечер вновь прошел за расследованием. Распогодилось, и мы перебрались в сад. И пока из гостиной бабушка Агата квохтала над «загубленными петуньями», Арсений пытался вытащить из склянки что-то о магии хозяина. А я наблюдала и помалкивала, чтоб не сбивать его.