За садом ухаживал приходящий садовник, и делал он это добросовестно. Дорожки были вычищены, на деревьях зеленела листва. Тихо журчал фонтан. Мне тут нравилось. Возможно, поэтому Арсений и выбирался из своего мрачного кабинета. Не верю, что ему так уж хотелось заняться делами на свежем воздухе — а вот порадовать фиктивную жену он был не прочь. Он и дома в последние дни оставался всё чаще, а не только ездил работать в Некромантское крыло.

В общем-то, я в долгу не оставалась. По утрам пекла ему блинчики с кленовым сиропом, передавала с собой на работу песочное печенье. Между нами установились дружеские отношения.

Тоже неплохо, если вдуматься. Не во всех семьях есть любовь и страсть. А уж дружба — и подавно.

Я первой заметила высокого пожилого господина, который направлялся в нашу сторону.

— Это наш семейный юрист, — объяснил Арсений. — Господин Федор Ланье.

— Милорд, — поклонился он Арсению, затем повернулся ко мне: — Миледи. Рад познакомиться с вами лично. Примите мои запоздалые поздравления.

— Благодарю, — мило улыбнулась я.

В руках Ланье держал тонкую папку.

— Я, как представитель юридической службы дома Вирнгольдов, счел нужным лично доставить документы, касающиеся вашего имущества. — Он протянул папку не Арсению, а мне. — В связи с тем, что вы теперь находитесь под защитой древнего рода Вирнгольдов, любые прошения, поданные в отношении вашей собственности, должны быть рассмотрены с согласия рода. Я счел своим долгом ознакомить вас незамедлительно.

Я недоуменно переспросила:

— Прошения? Неужели в отношении лавки?

— Именно. После того как стражники опечатали помещение, поступило несколько ходатайств от третьих лиц. Ничего из ряда вон выходящего — обычная практика, когда имущество временно изымается. Однако я рекомендую ознакомиться.

Я раскрыла папку. Первый документ оказался заявкой на изъятие «потенциально опасных зелий» для экспертизы в городской лаборатории. Второй — запрос от Управления на опись всего оборудования и его рыночную оценку. Третий — ходатайство от гильдии зельеваров о «недопущении порчи профессиональной репутации гильдии действиями одной из ее членов».

— Гильдия уже от меня открещивается? — пробормотала я. — Как мило. А я им взносы, значит, заносила все эти годы.

Арсений сидел рядом, заглядывая в бумаги через мое плечо, но молчал.

Я перевернула очередной лист. Четвертый документ оказался прошением на ответственное хранение товара. Я пробежала его глазами — стандартные формулировки, имя заявителя показалось мне смутно знакомым, но у нас район маленький, все друг друга где-то видели. Фигушки им, а не хранение.