Верт влетел в лавку, не рискнув перечить некроманту. Бледный, взмокший, с круглыми от ужаса глазами.

— Д-добрый день, госпожа Вирнгольд. Господин Вирнгольд. Я, э-э-э настой да Если можно. Пожалуйста.

— Сейчас принесу, — я нырнула за прилавок, стараясь не расхохотаться.

Когда заказ был оплачен, Арсений проводил каменщика взглядом и вдруг сказал:

— А знаешь, мне нравится.

— Что именно?

— Помогать тебе в лавке. Может, обслужим ещё парочку клиентов?

— Ты?.. Собираешься обслужить клиентов?..

— А что такого? Я отличный переговорщик.

— Ты некромант! Ты до смерти их запугаешь!

— Запугивание — тоже форма обслуживания, — он взял с прилавка флакон с перечным гелем от перхоти, повертел в пальцах. — Вот, смотри. Заходит покупатель. Я говорю: «Добрый день. Вам перечный гель или, может быть, что-то для бодрости духа? У нас есть зелья, которые поднимут даже мертвого». Покупатель в восторге.

— Покупатель скорее упадет в обморок, — поправила я.

— Значит, ему понадобится нюхательная соль. А она у тебя как раз есть.

Я фыркнула, и в этот момент дверной колокольчик звякнул снова. На пороге вновь стояла госпожа Лейн. Тетка точно пришла за свежими слухами, ибо зачем ей ходить ко мне по два раза на дню. Лицо её выражало сложную гамму чувств — от испуга до жгучего любопытства.

— О! — только и смогла произнести она.

— Госпожа, — Арсений склонил голову в приветствии, — позвольте порекомендовать вам микстуру для крепкого сна.

Госпожа Лейн открыла рот, чтобы отказаться. Она явно не планировала еще покупок. Но Арсений покашлял, напоминая о себе, и дама закивала:

— Да, пожалуй три упаковки

Когда дверь за ней закрылась, я повернулась к мужу и уперла руки в бока:

— Ты что творишь?

— Помогаю, — он пожал плечами. — Ты же сама говорила, что репутацию нужно восстанавливать.

— Ты превращаешь мою лавку в аттракцион «Поговори с некромантом»!

— Отличная идея. Можно брать плату за вход.

Я закатила глаза, но губы предательски растянулись в улыбке. Арсений тоже улыбнулся.

— Кстати. Я ведь зашел не просто так. У меня случайно образовался перерыв между отловом умертвий и их упокоением. Составишь компанию на обеде?

— Ладно, — сказала я, снимая фартук. — Только если пообещаешь никого не запугивать.

— Ну, всё зависит от того, насколько хорошо готовят в том ресторанчике, куда я собрался тебя позвать.

Я закрыла лавку на обеденный перерыв и с чистой совестью взяла мужа под руку.

Тихой жизни мне не видать. Меня будут бояться, будут обсуждать. А еще толпиться у дверей в предвкушении какой-нибудь темной магии. Или вон, в ужасе поглядывать, когда мы с Арсением идем по улице.