Я повертел обломок в руках. Мелочь. Случайность. Но мой опыт подсказывал, что на войне случайностей не бывает. Эльфы уже бывали в этих туннелях. Пусть и очень давно. Значит, примем за данность, что они в курсе за эту часть тоннелей. Хорошо, что нашу подземную крепость буквально окутали блокпосты, а патрули уходят в тоннели минимум на пять километров. Всё это давало свои плоды. Несколько раз ратлинги убивали небольшие стаи тварей-охотников. Не больше двух десятков особей, что лежали в глухих отнорках, проверяя нашу бдительность. Судя по всему, таким образом стая должна была скопиться до нескольких сотен для последующего мощного удара. Но постоянные зачистки ломали планы тёмных, в итоге малые группы перестали попадаться нам на глаза.

— Усилить бдительность, — приказал я. — Хочу знать о каждом подозрительном звуке, о каждом сквозняке из боковых ходов.

Скритч кивнул и так же бесшумно растворился в темноте. Я убрал обломок стрелы в подсумок. Это была просто заноза, маленькая, почти незаметная, но она засела в моём мозгу и мешала думать. Мы шли по территории, которую считали абсолютно безопасной. Но эта маленькая находка напоминала, что под землёй, так же как и на поверхности, нельзя терять бдительность ни на секунду.

Мы двинулись дальше. Снова монотонный гул, снова давящая темнота. Я смотрел на своих солдат, на их усталые, но решительные лица, и думал о том, что веду их в самое пекло. И этот тёмный, бесконечный туннель был лишь прелюдией. Настоящий ад ждал нас наверху, под открытым небом выжженной степи.

* * *

После продолжительного, монотонного и выматывающего марша по каменным кишкам горы, воздух изменился. Он стал свежее, подвижнее, в нём появился едва уловимый, но такой долгожданный запах, запах свободы. Запах пыли, сухой травы и холодного ночного ветра. Скритч, мой бессменный проводник-ратлинг, поднял руку, и колонна замерла.

— Пришли, Железный, — тихо сказал он, указывая на едва заметную трещину в скальной стене впереди. — Выход «Северный Ветер», замаскирован под обвал. Отсюда до ближайшего эльфийского дозора не меньше дня пути, если верить сведеньям твоих лисиц.

Я отдал приказ, «Ястребы» и кицуне Лиры бесшумно выдвинулись вперёд, чтобы занять позиции вокруг выхода и проверить окрестности. Только через полчаса, когда пришёл сигнал «чисто», я позволил основной колонне двинуться.

Первый глоток степного воздуха после душной сырости подземелий был как удар. Он обжёг лёгкие своей ледяной чистотой. Я вышел из туннеля и замер, поражённый открывшимся зрелищем.

И тишина. Другая, не давящая, гулкая тишина подземелья, а живая, звенящая тишина ночной степи. Она состояла из шелеста ковыля, стрекота каких-то ночных насекомых и едва слышного посвиста ветра. А над головой… над головой раскинулось небо. Огромное, бездонное, бархатно-чёрное, усыпанное мириадами звёзд, ярких, колючих, незнакомых. Луны, одна большая, голубая, и две поменьше, пепельно-серые, заливали степь призрачным, мертвенным светом, превращая её в инопланетный пейзаж.