Я сделал паузу, давая им переварить сказанное.

— Я не просил власти, не стремился стать вашим вождём. Но раз уж так вышло, что вы сами вложили мне в руки эту ношу, я буду нести её так, как считаю нужным. И первое моё решение в качестве Объединяющего Вождя будет таким.

Я подошёл к столу, на котором была разложена карта наших земель, и решительно ткнул в неё пальцем.

— Больше нет кланов, есть единая армия. Каждый клан отныне становится боевым подразделением в составе этой армии. У каждого подразделения будет свой командир, но все командиры подчиняются мне и моему первому военачальнику, Урсуле.

По шатру прошёл возмущённый ропот. Лишить их клановой самостоятельности? Это было страшнее любого поражения в бою.

— Каждый клан, — я повысил голос, перекрывая их гул, — обязан выставить определённое количество воинов. Полностью экипированных и готовых к бою. Количество я определю для каждого, исходя из вашей численности. Это не просьба, а приказ!

Я посмотрел на Грома.

— Твой клан, вождь, самый многочисленный. С тебя тысяча воинов к следующей луне. Они будут костяком нашей новой армии.

Он поперхнулся, его лицо приобрело цвет перезрелой сливы. Тысяча лучших воинов? Это было почти половина его боеспособных мужчин. Это не просто приказ, натуральная кастрация его власти.

— Клану Кривого Рога, — я повернулся к Кабану, — выставить триста воинов. Вы хорошие рубаки, но дисциплина у вас хромает. Будете в авангарде, под командованием одного из моих офицеров. Он научит вас воевать не только яростью, но и головой.

Кабан захрипел, как будто его душили, но промолчал.

И так я прошёлся по каждому. Каждому определил его место, его задачу, его норму. Я не давал им опомниться, не давал времени сговориться, объединиться против меня. Я бил наотмашь, используя тот шок и растерянность, в которых они пребывали после дуэли Урсулы. Они проиграли и теперь должны были платить. Я не был политиком, скорее кризисным менеджером на поле боя, и действовал соответствующе: быстро, жёстко, без сантиментов.

— Все ваши запасы продовольствия, фуража, оружия, — продолжил я, когда первоначальный шок у них немного прошёл, — отныне становятся общими. Будет создан единый склад, за который будут отвечать мои люди. Каждый будет получать столько, сколько ему необходимо. Ни больше, ни меньше, эпоха, когда один клан голодал, а другой пировал, закончилась.

Это был контрольный выстрел. Я лишал их не только военной, но и экономической самостоятельности, ломал саму основу их клановой системы.

— Есть возражения? — спросил я, обводя их тяжёлым взглядом.