— Сейчас в моде металлические накопители. Сталь. Или искусственные кристаллы. Ничем не хуже натуральных алмазов. Сам бы попробовал.

Герхан аж затрясся от такого предложения.

— Чтобы я… вот это… искусственное?

Так-то Барх и сам не очень любил прогресс — заморочно подстраиваться, но признавал его удобство. А уж натуралов вообще считал выскочками, много о себя мнящими.

— Ну как знаешь, — пожал плечами, катнул камень обратно и припечатал: — Не возьму. Полный шкаф таких. Никто не берет.

Полюбовался на застывшего от изумления старика. И ведь все прекрасно знает, но делает вид, что слышит впервые. Из него вышел бы отличный актер. Не лучше архимага. Но кому нужны таланты, которые живут прошлым и не могут быть полезны настоящему? Никому… Магия дарует им долгую жизнь, но толку-то? Мир слишком быстро меняется, чтобы они продолжали оставаться частью него.

Он отвернулся к стеллажу, прекрасно зная, что будет потом.

Робкое покашливание. Надо повернуться, удивиться, что посетитель еще здесь. Полюбоваться выражением смирения на его лице, под которым дрожит едва сдерживаемая ярость.

Н-да… любопытно было бы услышать, как костерит его сейчас старик. Все же раньше знали толк в ругани. Не то, что сейчас. Сплошные запреты. Правду сказать: «жирная старуха» нельзя — могут и штраф впаять. И слова-то какие пошли: личное пространство, самоопределение, равноправие. Плюнуть в спину — дискриминация, унижение. В морду дать — нанесение телесных повреждений. А раньше, как было? Кто кого на землю повалит — того товар и лучше. Кто кого переорет на улице — тот лучший продавец. Не понравился покупатель — послал подальше. Тот в ответ обматерил по батюшке. Разошлись довольные собой… Каждый пар спустил.

А теперь?

Все в себе. Все с улыбкой. Иначе отзыв напишут. И этими… отрицательными комментариями завалят… Сеть, чтоб ей саму себя пожрать. Никакого житья простым честным лавочникам от нее не стало.

Если бы не такие вот клиенты… Давно бы разорился.

— Ладно, — он сам себя великодушным почувствовал, — три бутылки.

— Согласен, — торопливо закивал головой старик.

Барх отточенным движением смахнул, не глядя, камень себе в карман. Нагнулся под прилавок и вытащил оттуда три бутылки из темного стекла. Поставил. Задумчиво посмотрел на мага. Тот уже забыл о его существовании — тщательно сдерживая суету в руках, рассовывал бутылки по карманам. Во взгляде читалось нетерпеливое предвкушение…

Барх тяжело вздохнул и, удивляясь собственной доброте, добавил пару мелких монет.

— У Агли сегодня пирожки удались. Загляни к ней по пути. Попробуй.