Зарождался спор. Несколько молодых, амбициозных епископов, видевших в словах Иоанна не только ересь, но и опасную, привлекательную правду, попытались вступить в дискуссию. Но большинство — старая гвардия — уже вынесло свой приговор.
— Довольно! — прогремел председательствующий. — Твоя гордыня ослепила тебя! Постановлением Святейшего Синода, ты, иерей Иоанн, отстраняешься от служения и отправляешься в Соловецкий монастырь! На покаяние. Дабы в трудах и молитвах ты смог очистить свою душу от скверны.
— Я не подчинюсь этому решению, — ответил Иоанн спокойно. — Мой судья — не вы, а тот, кто послал меня.
— Взять его! — крикнул митрополит.
Двое дюжих монахов из охраны шагнули к нему. Но в этот самый момент в задних рядах, где сидели приглашенные на заседание младшие чины духовенства, поднялся шум. Несколько молодых иереев, тайных последователей Иоанна, вскочили, опрокидывая скамьи, крича о неправедном суде.
И пока охрана, растерявшись, бросилась наводить порядок, Иоанн поднял руку. Ослепительная, молочно-белая вспышка света на мгновение ударила по глазам, заставив всех зажмуриться.
Когда зрение вернулось, Иоанна в зале уже не было.
Он сбежал. Сбежал не как преступник, а как пророк, отвергнутый косными догматиками. Он окончательно порвал с официальной Церковью. Теперь он был свободен. И еще более опасен. Он уходил в подполье, к своим новым, могущественным покровителям, чтобы оттуда продолжить свою священную войну.
Глава 18
Наступила середина лета. Стояли столь редкие в Петербурге сухие и солнечные дни. Император Александр Павлович по старой, екатерининской привычке переехал на это время в Петергоф. Именно поэтому он принимал сейчас брата не в душном столичном кабинете, а в Нижнем парке Петергофа. Они шли по пустой, посыпанной песком аллее, и шум знаменитых фонтанов, доносившийся издалека, служил аккомпанементом их разговору.
— Итак, — произнес Император, останавливаясь у мраморной статуи Самсона, — инженер Молниев оказался не только ученым, но и весьма… эффективным дипломатом. Ты говоришь, Строганов и Нарышкин теперь его лучшие друзья?
— Они стали его деловыми партнерами, Государь, — поправил Николай. — Он предложил им то, от чего они просто не могли отказаться — бесплатную, неиссякаемую энергию. Теперь они заинтересованы в стабильности башни больше, чем мы. Угроза саботажа с их стороны снята. Конфликт улажен.
— Улажен, — вздохнул Александр, глядя на сверкающие на солнце струи фонтана, — чтобы освободить место для другого, куда более опасного.
Он повернулся к брату.
— Что с пророком? Я читал донесения Синода. Они в полной растерянности. Он сбежал прямо с заседания, унизив их!