— Полковники и стеснение — несовместимы! — изрек хозяин кареты. — Но я не совсем понимаю….

— Ах, оставьте эти церемонии, такая чудная, романтичная ночь, — взмолился Укс, выхватывая гитару из вороватой руко-лапы. — Как там, в той новой Ермачковской песне?

Я выхожу из стада —

Я сам теперь пастух.

Мне большего не надо:

Лишь слышать голос шлюх…

Струны гитары нежно звенели, переполненная пассажирами и винно-цветочными ароматами карета начала подпевать. Лоуд, успевшая поменяться фуражками с полковником, надежно прижимала живую добычу к сидению. Адъютанты таращились на начальника и Оно, пытаясь идентифицировать половую принадлежность «творческой интеллигенции» и не забывая поглаживать изящные локти Фунтика. Та не обращала внимания, глядя только на пилота. Видимо, от винного выхлопа девчонке вновь захорошела — взгляд воистину влюбленный, откровенный.

Безумие какое-то. Боги и Логос накрепко зажмурились от нелепости происходящего, а Укс осознал, что ему самому невыносимо смешно и печально.

Карета мчалась по бульвару, мелькали фонари и разряженные проститутки, Укс негромко вторил стуку колес:

—Согласен: просто глупо

Влюбляться только в шлюх.

Не слабый и не грубый,

Я — зрячий и не глух…

Потрясенные откровенностью чужеземной поэзии адъютанты томно жались к девушке, полковник опять пытался что-то сказать или подпеть, но ладонь Лоуд интимно зажимала ему пасть. Наконец проклятая богами и здравым смыслом карета свернула в пустынный деловой квартал и остановилась.

— Ах, господа! Ночь-то какая волшебная, — восхитилась Лоуд, выдергивая помятого и полузадушенного полковника на свежий воздух.

Ночь действительно была недурна, но на внезапно прибывших гостей смотрел изумленный часовой с алебардой.

Лоуд тайком лягнула полковника, тот слегка ожил:

— Солдат, ты меня узнаешь? У нас срочное и секретное дело. Ты никого не видел.

Часовой кивал, держа короткую алебарду строго по уставу. Полковник оглянулся на Укса, величественно приподнял бровь.

Укс вложил в ладонь солдату золотую «крону», монета исчезла, вояка вытянулся уж совсем по-парадному.

Почему-то казалось, что внутри будет неуютно и строго — сплошь мрачный камень, решетки и колючие заградительные рогатки. Но двор был зелен, ухожен, живописные деревья склонились вокруг журчащего фонтана, в глубине виднелся дом с витражными окнами, весьма похожий на крупную антикварную игрушку. Имелась, правда и охрана — выстраивалась у караулки, спешно приводя в порядок мундиры и амуницию. Полковник в молчании осмотрел строй, Укс выдал каждому вояке по золотому, капралу — два. Так же не говоря ни слова, гостипроследовали по дорожке к дому. Полковник шел под руку с творческим Оно, Фунтик опекалась двумя любезными офицериками, замыкал экскурсионную группу Укс с гитарой.