— Где он? — крикнул Луи, оглядывая поднятые задницы и руки, шарящие по мостовой.

Лис, чтобы не изображать бессребреника, едва бросив пару горстей монет, тоже встал в позу собирателя и медленно продвигался в сторону одной из улиц.

Стоит напомнить, что золото весьма тяжелый металл, и дукаты — это не здоровенные кругляши, а скромные монетки чуть больше двух сантиметров в диаметре. Площадь же вовсе не ровное и чистое место, а брусчатка, покрытая грязью и лужами. То есть, зная, куда примерно упала монетка, все равно придется нагнуться и пошарить руками. Можно, конечно, и не нагибаться, но даже один золотой дукат это как бы не недельный заработок моряка или солдата.

Толкаясь, выпившие рыбаки, моряки и корабельные солдаты предсказуемо переходили к выяснению отношений при помощи ножей, а то и мечей. Французы оказались в середине массовой драки «все против всех». И не будь среди них рыцаря, неминуемо провалили бы поимку Лиса.

Луи, как в целом не блистал умом, так и в плане фехтования не претендовал на особое владение мечом. Он умел выполнять всего три вида ударов и три вида защит, хотя учили его явно большему. Просто он применял свою бесхитростную технику заметно быстрее и сильнее, чем противники-простолюдины. Уступая оруженосцу и в силе, и в скорости, солдаты могли бы переиграть его тактически, но для этого понадобился бы соответствующий тактический уровень мышления, который для простолюдинов не характерен.

Зато у противников был стратегический уровень мышления. Это явно благородный человек, поэтому без особых причин лучше с ним не ссориться. Поэтому как местные, так и моряки, столкнувшись с Луи и поняв, кто он такой, быстренько маневрировали в сторонку и прикидывались безобидными деталями пейзажа.

Бонакорси выскочил из таверны вслед за Лисом, прижался к стене, чтобы никому не мешать, и внимательно смотрел на беснующуюся толпу. Ага, вот он.

— Это Лис Маттео! — заорал Бонакорси, что было сил, указывая мечом на Лиса.

— Взять его! — скомандовал Луи. В отличие от мужиков с мечами, дворянин никогда не теряет контроль над полем брани. И командный голос у него поставлен с детства.

— Эй! — возмутился кто-то из матросов, — Этот за нас!

Лис действительно влился в группу матросов с торгового корабля и бок о бок с ними отбивался от солдат с галеры.

— Пятьдесят дукатов за живого! — прогремело над площадью и бухтой.

Пятьдесят дукатов это большие деньги. Настолько большие, что Лис не успел отреагировать, когда его схватили за правую руку. Кто-то напрыгнул Лису на спину и начал душить его, обхватив локтевым сгибом под подбородок.