— Сколько? — Петер замер с широко открытыми глазами, — Он тоже участвовал у таможни?

— Много. Нет, он спас меня от Лиса Маттео.

— Н-да, — Петер вдохнул и выдохнул.

— Кстати, кто такой Лис Маттео?

— Наемник-браво. Из приличных. Не из тех, что грабят лавки, и не из тех, что берут с лавочников деньги за то, чтобы них не грабить. Его нанимают для сопровождения людей и грузов по суше, или телохранителем на короткое время, или убийцей, если надо убить кого-то, кто ходит с охраной.

— Ты его знаешь?

— Ну как… — Петер пожал плечами, — Пару лет назад он брал контракт у нас. Охранял самого Антона Фуггера. Неделю ходили за ним вчетвером, — сам Лис и трое с ним: весельчак, высокий и ангелочек. Никто не напал, герр Антон уехал, мы расплатились.

— Лис мог бы это сделать?

— Да. Содерини платил Портовым. Мог не платить. У него есть клиенты, которых просто попросить, и Портовые отстанут. Тот же Лис, или Кокки. Или Тарди. Да у него даже Адорно арбалеты покупал. Но он платил, чтобы быть как все. Чтобы соседи не считали, что он особенный. Портовые его уважали, брали совсем мало, просто для порядка.

— Для порядка? Они бы взяли счетную книгу, если бы убили оружейника?

— Конечно. Они всегда берут счетные книги в таких случаях. Балансы должны сходиться.

— А Лис?

— Лис бы не взял. Вообще, он должен был объясниться с Портовыми, и уже от Портовых пришел бы человек за книгой.

— То есть, это не Лис?

— Или Лис, но он скрывает свое участие. Нельзя просто взять и убить такого, как Содерини. Я поговорю с людьми.

— Кстати, о людях. Мы с тобой вдвоем ничего не сделаем, даже если узнаем, где этот обоз с серебром.

— Конечно. И атаковать обоз силами писарей представительства Фуггеров мы не планировали. Когда я сегодня утром узнал, что надо будет сделать, я подумал, что Содерини поможет нам нанести еще один удар по французским оккупантам. С его помощью мы бы вышли на «Патриотов» и сдали им этот обоз. Набежало бы человек сто с оружием, отбили бы у охраны хоть один ящик и раскололи его об мостовую. Дальше дело доделает толпа, которую никому не сдержать.

— Мы можем выйти на «Патриотов» без Содерини?

— Нет. То есть, можем, но нас сразу сдадут властям. Мы не генуэзцы, и, если за нас не поручится уважаемый человек, нам не будут доверять.

— Кокки достаточно уважаемый?

— Я же говорил, что он отошел от дел. И дорого берет, — не задумываясь, ответил Петер. Потом задумался и добавил, — Да и к властям лояльно относится.

В школе фехтования Кокки возобновились занятия. Учитель немного прихрамывал, поэтому подавал команды, сидя за столом. Напротив него на этот раз сидел человек в очках. Слухи о том, что Антонио Кокки спас больного французского рыцаря от Лиса Маттео, растеклись по Генуе, и дела, от которых Кокки когда-то отошел, сбегались к нему, чтобы выразить свое почтение и убедиться, что он не вернется.