Но игроки не казались довольны открывающимся им видами точеной женской фигуры. Они выглядели недовольными. Либо ребята предпочитают виды другого пола, либо им так нехорошо на душе, что ничего больше не радует.

— Рыбу надо ловить сетями — пожал я плечами и удалился, благо подходящий отнорок совсем рядом и утопает в столь любимой мною темноте, что целебным компрессом легла на мои едва не зашипевшие от светового ожога глаза. На кой черт было разбрасывать столько светильников? От них только вред.

— Че он сказал? Рыбу? Сетями?

— А ведь он прав! Нужна сеть! Вы же видели — он в плащ поймал его! Шипами наверняка зацепился, запутался… Клоппи, снимай плащ!

— А почему я? — заворчал недовольно полуорк.

— Потому что ты больше всех пялился на мою…

Я не дослушал — меня схватили два древесных корня и потащили за собой. Волочась по темной норе, я тихо радовался за ворчащего полуорка. Заодно пилил кинжалом самый толстый корень. Меня протащило мимо еще одной группы игроков, гусиным шагом браво топающих в неизвестность.

— Доброго дня — вежливо кивнул я, с шумом волочась мимо и снимая с выступа в стене толстую горящую свечу.

— И тебе… — автоматически ответил кто-то…

— Какого⁈ — удивленно добавил второй.

— Тебя там съедя-я-ят! — тоненько закричала третья.

Ответить я не успел — меня затащило в боковой тупик и вздело к потолку, где имелась глубокая дыра. Что-то глухо чавкнуло, из дыры полилась зеленоватая жижа, но тут загоревшиеся древесные корни отпрянули от меня. Упав на землю, я рванулся прочь. Вслед несся разочарованный вой. Я презрительно фыркнул — этот жалкий шум никак не мог сравниться с ужасающим диким воем преследующего меня в катакомбах Альгоры страшного монстра.

— Как же здесь хорошо — вздохнул я, нацеливаясь на следующего колючего монстра, бегущего так, что зацепить меня за колено — И как жаль, что отпуск скоро заканчивается…

Удар, прыжок, перепрыгиваю через плети стелющихся по земле корней, подхватив затухающий факел, подпаливаю хищные растения и опять слышится обиженный рев. Раненый ормсал с возмущенным блеяньем рвется в атаку.

— Вот прямо не хочется от вас уходить — с сожалением произнес я — Но родина зовет…

Шипастый ормсал не успел ничего ответить на мое душещипающее признание — он был занят торчащим из его бока кинжалом. Закрутившаяся тварь упала на пол, я тут же пригвоздил ее вторым кинжалом. Несколько секунд мы возились в грязи, расплескивая лужи и туша свечи и факелы. Из битвы я вышел победителем, что и не удивительно — стоит замедлить ормсала и он становится почти беспомощным.