— Кто там?

От неожиданно будничного вопроса заданного спокойным голосом, я несколько оторопел, но, выдержав тон, ответил:

— Здравствуйте. Я от старого Крутована Сказочника. Он отправил меня с поручением — узнать, что случилось с его старинным приятелем Затхликом. Вы случайно не Затхлик?

Грохнула задвижка, квадратное окошко приоткрылось, на меня взглянуло что-то темное. Вроде лицо, а вроде и нет. Из окошка пахнуло тленом. Я улыбнулся шире, стараясь не перебарщивать с оскалом.

— Крутован часто жарит вкусные пирожки, не принес ли ты их для Затхлика? И не поредела ли красная борода Крутована?

— Борода у него седая — ответил я — И жарит он блины, а не пирожки. На солнечной сковородке. В его камеру ведет длинный и узкий лестничный пролет. Внутри много зеркал, установленных на стенах в таком порядке, чтобы отражать и фокусировать лучи в одной точке.

— Верно! — куда более радостно ответил голос — Затхлик — это я. И друг Крутована — мой друг. Как твое имя, незнакомец?

— Шмыг! Меня зовут Шмыг.

— Я буду рад принять тебя в гости и угостить вкусным чаем по собственному рецепту. Но прежде чем я открою дверь — скажи, что сталось с мерзким крысиным гнездом?

— Крысы убиты, гнездо уничтожено — улыбнулся я устало, вытирая грязную щеку столь же грязной рукой.

— Слава Засухе! — обрадованно проворчал Затхлик — Заходи же! Заходи в гости!

Загремел засов, дверь скрипнула и подалась внутрь, открывая темный проход. Запах тлена стал куда сильнее. Мне в лицо ударил теплый поток сухого воздуха. Странное сочетание ощущений и запахов. Вспыхнул яркий огонек. Моргнув, я взглянул на осветившееся пространство. Поразительно…. Больше всего комната похожа на кабинет ученого мужа.

Однако ученый муж находился за гранью нищеты и поэтому пытался компенсировать нехватку рабочих материалов и приборов всем, что под руку попадется. Разглядывать можно долго, но вещей столько, что на их осмотр уйдет слишком много времени.

Квадратная комната с каменными стенами. Посередине большой и каменный же стол. Рядом каменная лавка. В каждой стене длинные и глубокие ниши. В стене напротив двери видна узкая продольная щель забранная решеткой — оттуда исходит поток сухого и теплого воздуха, прогревающего и просушивающего небольшую комнату.

Хлам…. Хлам…. Хлам….

Хлама просто немеряно. Повсюду коробки, рулоны, груды старых костей, дощечки, ветки, банки с разноцветными шариками и прочим и прочим и прочим.

Один микроскоп чего стоит — если я правильно понял назначение старой винной бутылки установленной горлышком вверх на самодельном штативе. Снизу шел еще ряд бутылочных донышек, выстроенных словно линзы. Под самодельным микроскопом лежал крысиный череп. Это его рассматривал владелец дома сего? Рядышком кипа желтых обрывков бумаги исчерканных каракулями.