В третий раз нас уже на импровизированную сцену не звали. Люди стали обсуждать только что услышанное. Слуги разносили напитки, а я подошел к своей невесте. Глаза ее светились — она была рада за меня и полученный успех.

— Надеюсь, в Петербурге вас также будут встречать, — прошептала Настя.

И ее высказывание было вполне искренним, что грело мне душу. Спустя полчаса блужданий по залу и получения комплиментов нашему исполнению, я зацепился языком с одним местным дворянином.

— Не оскудела наша земля талантами, — говорил мне, улыбаясь, Илья Викторович. — Желаю вам и дальше такого же успеха. Только не пойдите по стопам Юрия Николаевича.

Я удивленно вскинул брови, не понимая — о ком он мне говорит. Илья Викторович заметил мое недоумение и пояснил:

— Юрий Николаевич Голицын — наш земляк. Очень талантливый человек и композитор. Его отец учился музыке у самого Бетховена! Да и сам Юрий Николаевич весьма преуспел в этом начинании. Создал собственный хор из крепостных крестьян, с которым давал выступления по всей России и даже перед самим государем. Вот только в вольнодумство ударился, от чего сидит сейчас в Козлове — в ссылке.

— И что же его не устроило в нашем отечестве? — осторожно спросил я.

— Да права крестьян отстаивал, — пожал плечами мой собеседник.

— Но разве наш император не желает сам сейчас дать им вольную?

— Дело не в том, что отстаивал Юрий Николаевич, а с кем! — со значением поднял палец вверх Илья Викторович. — Он имел неосторожность написать статью в газету Герцена. Где ее и опубликовали со всем радением. Правильные связи — они ведь не только помогают вверх подниматься, но и если связаться с паскудными людишками, то можно и упасть очень больно. Не спасет ни былое расположение, ни благие помыслы.

Мужчина давал мне совет от чистого сердца. Это было видно по его глазам. Мы были не знакомы, но мое творчество очень сильно понравилось местному свету, от чего и получился столь откровенный разговор.

— Ежели не верите мне, — добавил он напоследок, — то можете сами с Юрием Николаевичем поговорить о его судьбе.

Я удивленно поднял брови. Это как — самому поговорить, если того в ссылку в какой-то Козлов отправили? Илья Викторович понял мое замешательство и пояснил свои слова.

— Вы же завтра в Рязань отправитесь? Мимо Козлова точно не проедете. Как раз к вечеру завтра там будете. Вот и навестите маэстро. Он с вами поделится своей судьбой. Скажите, что от меня, и он вас гнать не будет.

Совет был дельный, и я поблагодарил своего собеседника. Действительно стоит познакомиться с этим Юрием Николаевичем Голицыным. Уж лучше учиться на чужих ошибках, чем набивать собственные шишки. Я вот хочу своих девушек в столице представить с отдельной песней. И сейчас даже не знаю — как ее примут. И желательно понять, из-за чего знаменитого, по словам Ильи Викторовича, композитора и создателя хора отправили в ссылку. Да, недалеко, но факт от этого не меняется. Как я понял — покинуть Козлов Голицын не имеет права. Но это дело завтрашнего дня, а сейчас Игорь Юрьевич объявил танцы. И я был совершенно не против немного размяться.