Стюард, назвавшийся Джеком Воробьевым, пригласил следовать за ним на верхнюю палубу, где расположились великий князь и его свита. Цеппелин набирал высоту. Земля быстро уплывала вниз, строения, над которыми мы пролетали, казались игрушечными.
Прежде чем подняться наверх, я попросил стюарда обождать пару минут и привел себя в порядок в туалетной комнате — негоже представать перед великим князем в столь непотребном виде. Воробьев переминался с ноги на ногу в коридоре.
— А скажи-ка мне, братец, каков план полета? — спросил я, покинув умывальню.
— Летим на сближение с императорским дирижаблем, — бодро отрапортовал Джек, — после чего вместе возвращаемся назад. Предполагаемое время в пути — три часа до места встречи и еще столько же на обратный путь.
Значит, у меня на все про все целых шесть часов. Вполне достаточно.
У Воробьева имелся универсальный ключ, отпирающий двери служебных коридоров. Сам коридор был коротким и вывел нас в офицерскую столовую, в данный момент пустующую. Из столовой вели две двери.
— Можно полюбопытствовать? — направляясь к дальней, спросил стюард.
— Попробуй, — разрешил я.
— Скажите, а когда новую форму ввели? Очень интересная!
— Какую форму? — удивился я. — Ты о чем, братец?
— Ну как же, я говорю об охране его высочества! Никогда прежде не видел плащей такого фасона. Я, знаете ли, интересуюсь новейшими тенденциями в моде. Колониальный стиль — это просто шик! — Джек потянулся к дверной ручке. — Все же они там смыслят в красоте, а мы вечно отстаем. У нас тоже есть собственный стиль, — добавил он, подумав, — но за модой мы совершенно не следим, все слишком традиционно...
Мне понадобилось некоторое время, чтобы осмыслить услышанное. За эти мгновения стюард отпер дверь и шагнул в следующее помещение, оказавшееся просторной кухней. Она тоже была безлюдна — только у приоткрытой двери, ведущей во внутренний коридор, маячила чья-то тень. Пустота кухни показалось мне странной: по моему разумению, жизнь здесь должна была кипеть — великий князь любил покушать.
Я шагнул за Воробьевым, дверь за нами захлопнулась с тихим щелчком, и только тут я осознал до конца его вопрос о форме.
Колониальные плащи совершенно не похожи на строгие мундиры телохранителей князя. Они отродясь такого не носили, зато подобную одежду я много раз видел за последние дни...
Я резко дернул стюарда на себя за шиворот и легко ударил под колени, а когда он упал на меня, схватил его за шею в надежный захват и крепко зажал ему рот. Воробьев беспомощно задергался, но, осознав всю тщетность своих попыток выбраться, быстро угомонился.