Я чуть отпустил стюарда, но, только убедившись, что наше появление осталось незамеченным охранником в коридоре, развернул Воробьева к себе и яростно зашептал ему в лицо:
— Давно на них работаешь, мерзавец? За сколько тебя купили? Ну, говори! И не вздумай кричать, удавлю!
Воробьев во время моих вопросов лишь пучил глаза, всем видом показывая, что мечтает ответить, и, как только я окончательно убрал руку, давая ему возможность заговорить, тут же зашептал в ответ:
— Да вы что, ваше сиятельство! О чем вы говорите, никак не пойму?!
На «сиятельство» я не польстился и в профилактических целях ткнул его кулаком под ребра, вновь прикрывая ему рот рукой, чтобы он случайным вскриком не выдал нашего присутствия. Воробьев удар перенес стоически, разве что слегка скривился от боли и закатил глаза, но не издал ни звука.
— Объясняю. Люди, плащами которых ты восхищался, — профессиональные преступники, стрелки, которых ищет вся полиция города. Это не телохранители великого князя. Если же каким-то образом они явились на дирижабль вместе, то это означает лишь одно — настоящие охранники мертвы, князя пленили и захватили в заложники. А все, кто еще на свободе, им помогают, и ты в том числе. Доступно?
— Но, ваше сиятельство, вы ошибаетесь! — забормотал, пытаясь убедить меня в своей правоте, Джек, как только вновь обрел возможность говорить. — Не только я на свободе, но и капитан, и связист, и офицеры в командной рубке. Ведь вы же сами их видели! Мы же только взлетели. Никто не захватывал «Возрождение», да и когда бы они успели?
— Думаю, захват как раз сейчас и происходит, — предположил я, внезапно услышав несколько приглушенных вскриков где-то впереди. Тень охранника исчезла.
Открывать огонь на цеппелине стрелки не будут — угроза взрыва или пожара слишком велика. Значит, захват дирижабля они осуществят по-тихому, используя лишь холодное оружие и подручные средства. Но в выучке стрелков я нисколько не сомневался. Эти люди сумеют провернуть задуманное быстро и четко.
Джек крики тоже услышал и, кажется, только сейчас мне поверил окончательно. Я отпустил его, уже не сомневаясь, что стюард на моей стороне. Слишком он молод — на вид не старше восемнадцати. В этом возрасте мало кто умеет достоверно врать, и уж я бы понял, если бы он завилял в своих ответах. К тому же Воробьев скинул мне лестницу и помог подняться на борт. Это тоже говорило в его пользу.
— Нужно предупредить капитана! — сообразил Джек. — Аварийное приземление! Командный отсек можно заблокировать изнутри.
Он дернулся назад, в сторону двери, но я схватил его за рукав форменного пиджака и заговорил, стараясь донести до сознания стюарда каждое слово: