Поезд стоял в Озерске семь минут, и все немногочисленные пассажиры успели пройти в вагоны. Я бы предпочел закрытое купе, но в Озерске продавали билеты лишь в общие вагоны. Все купейные места оказались распроданы, у нас же свободные имелись в достатке, поэтому мы с Костасом заняли две скамьи друг против друга. Я посмотрел в окно. Давешний городовой что-то взволнованно говорил кондуктору, время от времени показывая толстым пальцем на наш вагон.
Все же он заподозрил нас, сам пока не понимая, в чем именно, но проверить наши личности не успел и передал эстафету кондуктору. Оставалось надеяться, что тот попросту махнет рукой на подозрения городового, хотя на всякий случай я осмотрелся в поисках путей отступления.
В поезде было восемь пассажирских вагонов, три головных принадлежали к первому классу, к ним примыкал вагон-ресторан, ну а мы ехали в пятом от начала состава вагоне. Он был второго класса и просматривался насквозь, и я пожалел, что не удалось достать билеты в купе, где мы могли бы закрыться и провести безвылазно всю дорогу, чем сидеть вот так на обозрении всех и каждого.
В случае опасности нам следовало пройти в тамбур и выпрыгнуть из поезда либо же захватить состав и взять машинистов в заложники. Третьего варианта я не видел, а учитывая, что мне было необходимо вернуться во Фридрихсград как можно скорее, в случае проблем я предпочел бы захват бегству. Оставалось надеяться, что до этого дело не дойдет.
Паровозный гудок заставил детишек восторженно взвизгнуть, и тут же кондукторы по очереди засвистели в сигнальные дудки, сообщая машинисту, что можно отправляться. Через несколько секунд поезд мягко тронулся с места, постепенно набирая скорость.
В сфере железнодорожных перевозок еще не успели внедрить энерготанки, поэтому состав тянул паровоз, к которому был прицеплен тендер с углем. Предполагаемое время в пути до места назначения составляло около четырех часов — все же путешествовать на цеппелине было куда быстрее, и мы изрядно удалились от Фридрихсграда, пока летели на «Возрождении».
Я раскрыл газету, но краем глаза следил за Костасом — как бы чего не учудил. Но княжеский наследник откинулся на спинку деревянного сиденья и, кажется, задремал.
Новости в прессе не радовали. Международная обстановка до сих пор оставалась крайне напряженной, мы находились на пороге очередной войны, на этот раз с франко-бриттами. А война, по моему разумению, нам сейчас совершенно не нужна. Поэтому вся надежда оставалась на дипломатический корпус, сотрудники которого неделями обходились без сна, стараясь найти особый подход к враждебным странам и хотя бы немного стабилизировать политическую ситуацию.