За этот день я столько раз бил его, но Костас шел ровно, не хромал и даже чуть расправил плечи. Крепкий мерзавец!
У одного из трактиров, мимо которого мы проходили, я приметил ночного извозчика. За вполне разумное вознаграждение, не задавая лишних вопросов и не обращая внимания на наш внешний вид, он согласился отвезти нас в нужное место.
Дождь неистово хлестал по крыше экипажа, но внутри было сухо и хорошо.
По дороге я включил переговорник, который до этого деактивировал, и первым делом вызвал Грэга. Тот сидел в редакции и пришел в неописуемое волнение, услышав мой голос.
— Ты знаешь, что объявлен во всеимперский розыск? — первым делом спросил он.
— Наслышан. Это потому, что я умыкнул Костаса.
— Сына князя? — растерянно уточнил Грэг. — На кой он тебе? Впрочем, не важно. Слушай главную новость. На цеппелин князя напали, перебили всех, кроме него самого и капитана. Они едва сумели спастись, вернуться и совершить посадку. Но, говорят, главной целью был сам император Карл! Он в гневе. Ходят слухи, что он хочет отстранить Платона Александровича от должности. Ты не прочтешь об этом в утренних газетах. Всё стараются держать в полной тайне, но у меня свои источники.
— Про цеппелин знаю, я был на нем.
Грэг помолчал секунд десять, потом продолжил:
— Надеюсь, ты не причастен к убийству членов команды?
— Нет, я убил тех, кто убил их...
— Так это ты спас «Возрождение»? Я сделаю из этого сенсацию! Все обвинения против тебя будут сняты уже утром! Поверь, они не посмеют арестовать национального героя.
— Еще как посмеют, — огорчил я Грэга. — И тебя заодно, если влезешь в это дело. Так что советую не писать обо мне. Лучше расскажи, как твое расследование?
Голос журналиста тут же помрачнел.
— Очень тяжело... эти снимки... я не могу на них смотреть без содрогания... И все же кое-что я нарыл! Подробности в другой раз, я буду искать дальше. Поверь, если есть мерзавцы, помогавшие дагеротиписту, я найду их!
— Если только они не сменят адреса и имена. А скорее всего, уже сменили. История вышла далеко за пределы города. Уверен, те, кто интересуются этим делом, уже в курсе твоих поисков.
— И что ты предлагаешь? — расстроился Грэг.
— Пока ничего, нужно сначала решить текущие проблемы.
— Хорошо. Моя помощь тебе потребуется?
— Не сейчас, тут личное дело.
— Понял, держи меня в курсе...
Связь оборвалась.
Костас молчал, откинувшись на спинку сиденья, и о чем-то размышлял. При этом его лицо было настолько сосредоточенным, словно он доказывал в уме одну из великих теорем.
— Бреннер, — наконец сказал он, и на этот раз я дал ему высказаться до конца. — Вы совершаете большую ошибку! Живой я нужен вам больше, чем мертвый.