Девочка молчала, пребывая в шоковом состоянии.
— Смотри только на меня, — велел я. — Ничего не бойся! Все будет хорошо! Тебя как зовут?
— Анни. — Девочка наконец слегка пришла в себя. По крайней мере, начала отвечать на вопросы.
— Какое красивое имя! — восхитился я. — Где твои родители, Анни? Ты отстала от них?
— Мы были с мамой. Но Пегги упала. — Она показала мне свою куклу. — Я хотела ее поднять, а мама пропала.
— Ничего, найдем мы твою маму! — пообещал я, сомневаясь в душе, что это будет легко. — Главное, выбраться отсюда.
— Мама заругается, — нахмурилась Анни, — она не любит, когда я теряюсь...
— Ничего, думаю, в этот раз твоя мама будет только счастлива, когда ты найдешься.
Балансировать в перепуганной толпе с ребенком на руках — тот еще способ времяпрепровождения. Все норовят толкнуть, пихнуть, уронить, а ты даже отбиться толком не можешь, боясь, что ребенка кто-то ненароком ударит, вырвет из рук и задавит. Одной в толпе Анни не выжить. В толпе, которая прет всей массой, не разбирая дороги, словно взбесившееся стадо.
Но вместе мы справлялись. Анни смирно сидела у меня на руках, и наконец я сумел вновь выбраться из центра толпы к западному краю площади. Император и его кортеж теперь оказались ближе ко мне, чем в начале пути, но добраться до них я все так же не мог. Впрочем, я и не стремился.
Мне даже не было интересно, что случилось с императором. Все, что я хотел сейчас, — это выбраться с площади целым и невредимым.
— Граждане! Сохраняйте спокойствие! Не создавайте панику! — Голос в репродукторе звенел металлом, только еще больше пугая людей.
Для большего эффекта вновь заработали пулеметы. Я не понимал, почему император бездействует. Или же он оказался полностью неподготовленным к подобному развитию ситуации и сейчас, деморализованный, не знает, что предпринять? Но великий князь должен был помочь ему, почему он не предусмотрел повышенные меры безопасности? Как он мог ограничиться сотней-другой солдат и парой десятков гусар?
«Страусы» возвышались над толпой, грозно поводя пулеметами из стороны в сторону. Механические существа, управляемые изнутри дубликатами, внушали уважение и страх.
Я выбрался за периметр площади и, не отпуская Анни, заскочил в ближайшую лавку. Хозяин — пожилой мужчина — стоял в дверях, не до конца понимая, что происходит вокруг.
— Быстро закрывайте двери и ставни. Сейчас тут будет горячо! — предупредил я. Он послушался без возражений, сообразив, что так будет лучше.
В лавке торговали сладостями. Я, не раздумывая особо, посадил Анни на высокий стул и вручил ей коробку с конфетами.