Комната, ясное дело, оказалась шикарной. Никаких тебе двух коек, казенных тумбочек и общих шкафов. Мини-обитель, достойная если не королевской особы, то уж точно наследника древнего рода. Широкая кровать с постельным бельем, на котором зеленели руны – не защитные, просто для красоты. На тумбочке лежала книга с потрепанными страницами, на подоконнике вместо светильника горели оплавленные свечи. Стильно…

И никого.

Я сделала нерешительный шаг вперед, размышляя, стоит ли позвать хозяина или лучше подождать у входа. И тут дверь – его собственной ванной комнаты – распахнулась.

Вышел Вокс. В одном лишь полотенце на бедрах!

Я застыла. Нет… Окаменела. Превратилась в соляной столп, в статую, в садовый фигурный куст.

На его плечах еще блестели капли воды. Темные волосы, мокрые и оттого казавшиеся почти черными, зачесаны назад. С них срывались капли, скатывались по шее, ключицам, мускулистой груди… Полотенце было повязано довольно низко и позволяло во всей красе лицезреть кубики пресса и плоский живот.

А я стояла, как последняя идиотка, и пялилась! Вокс ухмыльнулся и запустил пятерню с проявившимися кольцами в волосы, глядя на меня так, что моментально бросило в жар.

Я резко отвернулась.

– Понял, – раздалось в спину насмешливое, – ты решила отомстить мне за то, что я ворвался к тебе в ритуальный зал.

– Я стучала! – оправдалась я в стену. – Ты не открывал!

– Был в душе. – Он говорил спокойно, будто ничего особенного не произошло. – Обычно люди ждут за дверью, когда им не открывают.

– Ты сам назначил время, а было не заперто!

– Я сказал – через пару часов. Прошел час. Не думал, что ты явишься раньше.

Раздался шорох ткани, затем шаги и хлопок двери ванной комнаты. Уф, ушел одеваться, надеюсь. Но я продолжила гипнотизировать стену.

– Дура, – прошептала я себе под нос. – Круглая дура.

Из ванной донесся короткий смешок. Он что, слышал?!

Я снова выругалась, на сей раз мысленно. Стояла столбом, считала узоры на обоях и мечтала исчезнуть. Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать… На восемнадцатом дверь снова хлопнула.

– Можешь поворачиваться, – весело сказал Вокс. – Уже одет.

Я обернулась. Он стоял посреди комнаты в домашних брюках и свободной темной рубашке навыпуск, расстегнутой на две верхние пуговицы – либо он не успел их застегнуть, либо не счел нужным. Полотенце, ставшее причиной моего столбняка, небрежно висело на спинке кровати.

– Проходи, – Вокс кивнул на массивный письменный стол, заваленный тетрадями. – Приступим.

Я отлепилась от стены, а сердце колотилось как бешеное. В голове стояла одна картинка: капли воды на плечах, дорожки, бегущие вниз… Вот и как теперь сосредоточиться на деле?!