Вот уж никак не ожидала, что мой самоучитель, купленный у старьевщика, окажется трудом легендарного мага. Интересно, сколько он стоил бы на аукционе? Это решило бы мои финансовые проблемы… Жаль, не прихватила его с собой из дома.

– Ладно, хватит репетиций, – скомандовал Вокс. – Доставай наше вместилище хтони.

Я порылась в сумке и протянула ему футляр.

– Не открывала, – сказала зачем-то.

– У тебя бы и не получилось.

– Защита от детей?

– От людей не из рода Неймар. – Он даже не улыбнулся. – Футляр настроен на кровь. Если бы ты попыталась открыть его без меня, горгулья бы не отперла замок.

Вокс нажал на ее изумрудные глаза – одновременно, двумя пальцами. Раздался щелчок, крышка откинулась. Внутри лежала моя ручка-перо, все такая же черная, с пульсирующими прожилками. Без сдерживающих чар футляра от нее ощутимо тянуло холодом.

– Не бойся. – Вокс бережно вытащил ручку из футляра и положил в центр постамента. – Она пока спит. Встань напротив меня. Когда я скажу, вливай светлый поток. Не раньше, иначе собьешь темную фазу.

Я заняла позицию. Сердце колотилось где-то под ребрами, но руки больше не дрожали. Вокс сотворил пасс, с его пальцев густо хлынула темная магия. Окутала постамент, закручиваясь по часовой стрелке, и ручка засветилась болезненно-зеленым сиянием. Из корпуса начали вытягиваться щупальца, которые я уже дважды видела. В нос ударил запах гнили, перебив аромат воска и ладана. Я стиснула зубы и ждала команды.

– Сейчас! – рявкнул Вокс.

Я вскинула руки. Светлая магия рванулась мощным концентрированным лучом. Вонзилась в зеленое марево, обвила темную спираль и пошла в противоходе. Два потока закрутились вокруг ручки, словно две змеи, сжимающие добычу.

Хтонь взвыла тонким, режущим слух звуком, от которого затрещали свечи. Зеленые жгуты рванулись в стороны, ударились о защитный контур и отскочили обратно. Один из них метнулся к Воксу, и он молниеносно вычертил в воздухе пасс. Жгут скрючился, рассыпавшись искрами.

– Не отвлекайся, Райли. Почти готово.

Увы, я очень даже отвлеклась. Вокс был так… прекрасен. Это было совсем неуместно и очень некстати! Стоял в вихре зеленого тумана на фоне пылающих свечей. Лицо его было сосредоточенным и строгим, челюсть сжата, на лбу выступила испарина. Черты, обычно смягченные насмешкой, сейчас казались резкими, четкими и пугающе совершенными. Магия струилась вдоль его рук, оплетала плечи, и в этом зеленом мареве он походил на древнее божество, вызванное из небытия. Или на демона. Или на демоническое божество – в общем, на что-то такое, от чего у любой девицы должно замирать сердце.