— Это все?

— Разве моих слов недостаточно, сиор? Не вижу смысла озвучивать для вас прописные истины. Конечно, я верю в ваше мастерство, но все же кинжал против меча не слишком серьезная угроза.

Дэйт рассмеялся и убрал руку с оружия.

— Парень, я не понимаю, чего ты хочешь добиться. Двигаться по Червю — глупо и самоубийственно. Особенно без еды и всего лишь с одним факелом.

— Без еды я смогу обойтись какое-то время, сиор. А когда погаснет факел, можно просто идти вперед. Туннель там один, стены гладкие. Не заблудиться.

— Ладно. — Дэйт взвесил все варианты. — Поступай как знаешь.

— Рад, что мы поняли друг друга, сиор.

— Рано радуешься, сержант. Я иду с тобой.

Теперь уже Мильвио нахмурился и задумался.

— Полагаю, переубедить вас не получится?

— Верно. Вряд ли меня можно остановить словами. — В ответ Дэйт заметил улыбку, но южанин и не подумал тянуться к мечу.

— Вы готовы оставить отряд? Поднявшись со мной наверх, вы уже не сможете их нагнать, даже если вернетесь — они уйдут слишком далеко.

— У «Дубовых кольев» хорошие командиры. Уверен, мое присутствие сейчас необязательно. А тебя я отпускать не хочу, пока не пойму, что ты собираешься делать.

— Воля ваша, сиор. В компании идти веселее, — ничуть не обидевшись на его подозрительность, сказал Мильвио. — Тогда давайте переночуем здесь, а после отправимся в дорогу.

Вопрос был решен, но Дэйт оставался мрачен. Несмотря на все доводы голоса разума, он продолжал сомневаться. Что-то с этим Мильвио было не так.

В первую ночь Дэйт спал урывками, опасаясь, что треттинец все же обманет его и уйдет один. Однако этого не случилось.

За четыре дня они проделали долгий путь. Сперва у туннеля был легкий подъем, затем крутой. Они шли, шли и шли, озаряемые лишь бледным светом артефакта из прошлой эпохи. В какой-то момент да Лэнг ощутил, что дышать ему стало тяжело, в висках стучало, пальцы слегка покалывало, и воин понял, что они давно уже покинули подземелье и идут где-то в сердце горы, с каждым шагом поднимаясь все ближе к вершинам.

Сырость исчезла, вода больше не сочилась по стенам, зато стало гораздо холоднее, а сильный стылый ветер бесконечно выл в круглом туннеле Червя, дыша морозной свежестью.

Он то креп, то вновь ослабевал, но его бесконечный плач давил на уши, словно это гора сама стонала, жалуясь путникам на свое одиночество.

У-у-у-у-у…

Их унылый, однообразный, а затем и тяжелый путь как-то скрашивали беседы. Южанин знал на удивление много мифов и о демонах той стороны, и об асторэ, рассказав воину множество сказок, которые были популярны в его герцогстве. А затем и Дэйт поведал о событиях в Шаруде. О шауттах и Рукавичке.