Четверо глупцов, что соседствовали с ними, так и не поняли, что госпожа Линь не собиралась давать им шанс. Эта безжалостная старуха была опаснее любого из тех, кто хотел править этими улицами. Те, кто решил, что можно договориться с островитянами, серьёзно ошиблись. И как всегда такая ошибка заканчивается лишь одним способом.

Зал на мгновение замер. Я видел, как побледнели лица оставшихся глав тонг. Кто-то отвёл взгляд, кто-то вцепился в край стола так, что побелели костяшки. Один из тех, кто воздержался при голосовании, начал было подниматься, но тут же сел обратно, когда Чу посмотрела в его сторону. Среди тех, кто имел право лишь наблюдать, начался тихий ропот, но ни у одного из них не хватило яиц что-то сказать, и ропот угас сам собой, оставив лишь полное молчание.

Оглушительную тишину прерывал лишь звук капающей крови и тихое потрескивание масляных ламп. Они казались мне оглушительно громкими.

Госпожа Линь донесла своё послание яснее некуда. Те, кто считали, что её хватка ослабла, были настоящими глупцами. Голосование было лишь пустой формальностью. Решение принимает госпожа Линь. Единолично.

Чу небрежно швырнула головы на песок арены, словно это был какой-то бесполезный мусор. Они покатились, оставляя влажные следы на чистом песке. А потом глава тонги Тени Осеннего Листа вытерла руку о полу халата. По гладкому шёлку размазались кровавые пятна.

— Прикажете убрать, матушка? — раздался её спокойный голос, словно не она только что забрала жизни шестерых людей.

— Позже. — Голос госпожи Линь был спокоен, будто речь шла о грязной посуде. — Пусть песок впитает кровь предателей.

Я смотрел на головы, и понимание накрывало меня ледяной волной. Моя речь была не убеждением. Скорее она была сортировкой. Я подсветил врагов, а Чу их убила. Я думал, что играю свою игру, веду Совет к нужному решению. А на самом деле был инструментом в чужих руках.

Взгляд скользнул к госпоже Линь. Она сидела неподвижно, её лицо было маской безмятежного спокойствия. Будто ничего особенного не произошло. Будто шесть мёртвых голов на полу — это просто часть обычного вечера в Саду Девяти Врат.

— Совет Улиц закрыт, — произнесла она, поднимаясь. Её голос был негромким, но каждое слово разносилось по залу с пугающей отчётливостью. — Решение принято единогласно.

Она обвела взглядом оставшихся. Медленно, внимательно, давая каждому почувствовать тяжесть этого взгляда.

— Те, кто с нами, получат свою долю. Те, кто был против… — её глаза скользнули к головам на песке, — уже получили свою.

Главы тонг расходились быстро, не глядя друг на друга. Никто не хотел задерживаться. Никто не хотел привлекать внимание. Урок был усвоен, и теперь каждый торопился унести ноги из этого зала, пока госпожа Линь не решила, что кто-то ещё заслуживает особого внимания.