Он окинул взглядом большое крыльцо, широкие окна, добротные стены из камня и поцокал языком.

— Ничего себе, — произнёс он. — Это в такой-то глуши… Кто строил?

— Николай, хозяин, — ответил Сергей. Недавно приехал к нам, прикупил землю. Достойный уважаемый человек…

— Ну-ну, — оборвал его Джозеф. — Заходим, — скомандовал он своим и шагнул к двери.

В зале было людно. За столами сидели мужики, ели шаурму и кашу, пили взвар. Ратибор тренькал на лютне. Теперь он не занимал угол, а вышагивал по залу, общаясь с людьми, делясь историями и слушая россказни в ответ.

Борис-купец о чём-то беседовал с Георгием и Николаем за дальним столом. Анатолий стоял у рабочего стола, сосредоточенно и неторопливо заворачивая шаурму. Генка носился между столами с тарелками.

Картинка идеалистическая.

Обычный прекрасный день. Обычная работа мечты. До этого момента…

Джозеф вошёл, и люди в зале почувствовали его присутствие ещё до того, как увидели. Воздух изменился. Шум голосов стих. Ратибор мелодию не оборвал, но звуки поутихли, а темп залихватской мелодии замедлился и помрачнел.

Борис, издали увидев барона, побледнел так, что Георгий обеспокоенно тронул его за плечо. Купец не ответил, он торопливо засуетился.

— Я кое-что забыл, мне бы отойти, — ответил купец, и по широкой дуге, в полуприседе направился к выходу.

Джозеф окинул зал ленивым взглядом. Потолки, окна, столы, людей. Всё оценил, всё подсчитал. На его круглом лице проступило жадное выражение, глаза заблестели. Это было выражение морд дракона, который увидел чужое добро и решил завладеть им.

— А потолки-то здесь какие высокие, — сказал Джозеф, задрав голову. — И окна большие. Как будто не таверна захудалая, а палаты. Это вы что, для меня строили? — он рассмеялся, оглядев присутствующих. — Вот я так и люблю. То, что мне и нужно.

Он продолжал смеяться. Никто из присутствующих его веселья не разделил.

Начальник охраны встал у двери, отрезая выход. Он был высокий, сухощавый, с иссечённым шрамами и оспинами лицом и пустыми глазами профессионального убийцы. С такими обычно боялись связываться, только завидев тупую и злую морду. Четверо воинов прошли в зал и встали по бокам от Джозефа, положив руки на мечи.

Ратибор, не опуская лютню, тихо наигрывая направился к Тихону, в самый дальний угол. Подальше от барона и его воинов.

— Борис! — Джозеф заметил купца, который пытался слиться со стеной. — И ты тут? Вот так встреча! И ты, выходит, решил меня позабыть? А как же твой долг? Или ты решил мне его не возвращать?

Борис замер, затем сделал вид, будто что-то искал на полу и вот только что нашёл.