Только вот ему не хотелось обряда. Ему хотелось костра.
Калаган в последний раз взглянул на воющую Варвару, и в этом взгляде гудело далёкое пламя, которое миновало эту женщину. Во всяком случае, на этот раз.
Глава 8 Счастливый рабочий день
Я оставил тарелку с бургерами на столе и бросился к Сычу.
— Привет!
— Здравствуй, здравствуй! — здоровяк расплылся в улыбке.
Сыч сграбастал меня в охапку и стиснул так, что рёбра жалобно хрустнули. Похлопал по плечам, отодвинул на вытянутую руку и оглядел с головы до ног.
— Ишь ты. Заматерел, — вынес он вердикт. — Как ты здесь? Как дела?
— Да как и прежде, прошло-то всего ничего. Поправляются дела, — я улыбался во всю ширь. — Обживаюсь помаленьку.
Я пожал руку Хорю. Кожевник ответил крепким сухим пожатием, а потом ухватил меня за рукав куртки, повертел, пощупал костяные пластины, поскрёб ногтем свежие белые царапины и следы собачьих зубов.
— Носишь, — с удовлетворением констатировал он. — И не за печкой, как погляжу.
— Твоя куртка мне сегодня жизнь спасла, — честно сказал я.
Хорь хмыкнул:
— Хороша работа вышла, — с улыбкой сказал он.
Многословием кожевник не страдал, но эта улыбка стоила иной хвалебной речи.
С Виктором вышло иначе.
— Здравствуй, — сказал я ровно.
Руку я протягивать не спешил, учёный уже. Да и по этикету первым руку подаёт старший. А Виктор этого не сделал. Он окинул меня взглядом сверху вниз, будто приблудную собаку, потом обвёл глазами зал. Что-то в его лице дрогнуло. Он едва заметно кивнул то ли мне, то ли своим мыслям и демонстративно отвернулся.
Внутри обожгло горячим.
Захотелось сказать что-нибудь недоброе, но я погасил вспышку. Не то что бы я питал иллюзий, но думал, что Виктор хоть что-то человеческое скажет. И чего он тогда вообще пришёл? Показать как ему на меня плевать? Ладно, наверное у него и своих дел хватает.
Не хочет даже поздороваться, значит и я буду просто игнорировать. В конце концов, у меня налаживается жизнь. Со всеми проблемами я справлюсь бодро и весело, с гордо поднятой головой. И портить свой настрой я не позволю никому.
Люди в зале загомонили. Кто-то запереживал, увидев новые лица, кто-то узнал гостей и уже поднимался с лавки, чтобы поприветствовать.
— А приехали-то чего? — спросил я у Сыча. — Случилось что-то?
— А ты нам, выходит, не рад? — Сыч приподнял бровь с наигранной обидой.
— Рад так, что чуть бургер не уронил, — улыбнулся я.
— Чего не уронил?
— Потом покажу. Так что стряслось?
— Да ничего не стряслось. Соскучились, — Сыч ухмыльнулся в бороду. — По тебе, по стряпне твоей, чего уж греха таить. У нас там без тебя, брат, тоска зелёная. Вот решили приехать, проведать, да поглядеть как ты тут живёшь-поживаешь.