— Не расстраивайся, говори спокойно, — я успокаивающе погладил жену по плечу. — Ничего не случилось такого, чтобы я не смог решить. Так что давай, выкладывай подробности.

— Володя, это было ужасно! Они все вроде бы улыбались мне, но при этом смотрели с таким презрением! «Ах, неужели ваш муж не привозит вам платья из заграничных командировок? Женщина вашего уровня должна соответствовать положению, вот, возьмите, пожалуйста, адрес моей модистки с Кузнецкого моста. У нее вы можете недорого заказать приличное платье… Шьет по самым модным западным каталогам, всего за пятьсот рублей».

Света очень забавно изобразила родительницу, но я сдержал улыбку, понимая, что вчера у жены был культурный шок, лучше не смеяться над ее проблемами.

— А у Леночки в классе знаешь, что говорили? «Ах, ваша девочка забрызгала портфель нашей девочки такой дрянью, такой дрянью, у нас даже прислуга не пользуется такими паршивыми духами. Мы ей ленкомовскую косметику покупаем, чтобы не портить атмосфЭру в доме»…

— Но ты ведь в долгу не осталась? Или я не знаю свою супругу? — я с интересом ждал продолжения рассказа.

— Ну я ругаться с ними не стала. Сказала: «Ой, женщины, вы бы говорили по очереди. А то налетели на меня так, что я чувствую себя гадким утенком на птичьем дворе».

Наконец-то печальная Светлана и сама лукаво улыбнулась. Тогда и расхохотался в голос:

— Как ты деликатно обозвала их курами!

— Боюсь, они этого не поняли. То есть, они поняли, что я их оскорбила, но не могли сообразить, чем именно. Володя, выражение их лиц нужно было видеть! Это был кадр, достойный фотографии.

У меня мелькнула мысль о фотокамерах в каждом телефоне в 2025-м. И о том, как люди снимают все подряд, захламляя друг другу мозги ненужным контентом. Пока у советских граждан совсем другое отношение к фотографии — торжества, памятные события, портреты. Но судя по тому, как моя жена видит мир, она наверняка могла бы делать классные фотки, будь у нее смартфон. Ладно, отвлекся, — пресек я свои глупые мечтания и вернулся к разговору:

— То есть в долгу ты не осталась, но тогда почему так расстроилась? До головной боли. Я уж испугался, что рецидив.

— Все в порядке. Но я и правда вчера расстроилась. А здоровье в норме. Сегодня съездила в Кремлевку, сдала анализы. Чазов сказал, что меня в космос запускать можно, — Света улыбнулась, но улыбка тут же погасла. — Так что будем делать со школой?

— Переводить детей в другую школу, это даже не обсуждается. Я уже узнавал. Есть два варианта. В шаговой доступности пятьдесят шестая школа. С уклоном в точные науки. Для Тани подойдет. Рядом с ней шестьдесят седьмая, Леночку лучше перевести туда. Школа с гуманитарным уклоном. Но решать тебе. Посмотри, поговори с директорами, завучами, определишься на месте. Сама справишься или мне этим заняться?