«Даже идущий, идеально контролирующий себя, будет попадать в мертвые миры. Эта мелочь должна заставить задуматься о многом. Кто на самом деле нас ведет. Зачем мы созданы. Нет ли внутри нас того, кто владеет нашим сознанием где-то в самой его глубине»

Интересные, абсолютно абстрактные и недоказуемые философские рассуждения о паразитах сознания, наездниках. И это тоже было на табличках. И на это тоже было затрачено время с долотом.

* * *

Надписи на стенах, большинство, были всего лишь аналогом каталога. «Миры», «возможности», «мысли», «сомнения», «вопросы для изучения», «тактики», «этика».

Интересно что все мысли, относящиеся к философии, по большей части лежали на полках с надписями «сомнение». Интересное отношение к философии. Вообще само слово «сомневаться» на этом языке было почти синонимом слова «размышлять».

В какой-то момент я обратил внимание на груду расколотых табличек, которыми была завалена одна из них у самого пола. Я все время обходил ее стороной, думая, что это оставленные неудавшиеся образцы, то, что переписано потом начисто.

Может быть, частично так и было. Но были и таблички, на которых встречалось что-то новое:

«Можно ли уничтожить идущего? Прямой ответ — нет. Но доходят слухи, что идущих пробуют лишить рассудка. Возможно, это равносильно смерти». Табличка была разломана, и разломана тщательно, я собрал ее из десятка кусочков, видимо, когда-то, много позже, шагающий, тот же самый или кто-то за ним, решили, что это знание не стоит хранить. И никаких копий этой таблички я не нашел.

Впрочем, все равно это был секрет полишинеля. Проходили. И даже с психологическим воздействием можно работать, сопротивляться, поддаваться, перестраиваться, сдаваться и потом восстанавливаться.

Чтобы уничтожить шагающего, нужно убить его во всех его мирах. Во всех до единого. Пока это оставалось единственной работающей концепцией.

И даже в этом случае, зная возможности, свои и других как я, я сомневался, что это будет окончательная смерть. Возможно, умерев во всех своих мирах, я все равно возрожусь где-нибудь еще. Почему нет? Это просто почти невозможно проверить, как и концепцию рая — убив шагающего в одном мире, я уже никогда в этом мире не увижу, не спрошу, не проведу опрос — как ему жилось после этого.

Только личный опыт. И спешить с подобными экспериментами не хотелось.

«Идущий всегда идет один. Он не курьер. Он не носильщик. Он не перенесет живого человека в новый мир. Но доходят слухи, что некоторые умеют переносить простые однородные вещи. Не доказано». Табличка была небрежно расколота пополам — не доказано. Ну что ж, с этим я мог помочь. У меня было целых два доказательства того, что это действительно возможно при очень строгом узком наборе условий. Каких именно, я до конца так и не понимал, но возможно. Одно доказательство лежало в римской келье — костяной гребень. Второе — по-прежнему было закреплено на моей ноге.