* * *

К концу третьей недели я ускорился. Больше знакомых слов, больше понимания, я начал перебирать и читать таблички значительно быстрее. Но все равно — недостаточно быстро. Тут был огромный пласт знаний, который мне придется изучать еще очень долго.

И это я открыл всего лишь одну запертую дверь.

Я нашел время и сходил в пещеру, превращенную в склеп, прошел по всем могилам, и нашел единственный саркофаг с надписью, выбитой его хозяином прижизненно.

«Пока жил — жил. Живи и ты».

Хорошее пожелание. Надеюсь, он там, в закрытом саркофаге. Умер от старости в этом мире. Наверное, я почти уверен, умер от старости одновременно во всех мирах, но лишь в одном осталось его тело. Не худшее место, чтобы упокоиться.

«Разведка миров важное занятие для идущих. Даже если миры нежизнеспособны, то единственная цель, которая оправдывает наше существование — это нести пламя жизни в эти миры».

«Вернуться в мир, где ты погиб, нельзя». Да, хорошее напоминание.

Я вернулся к описанию миров. Они были максимально подробны, с учетом ограничений по тому, насколько долго делалась каждая табличка. Тут было что изучать и в других нишах, но в какой-то момент я понял, что мне придется провести здесь очень много времени, поэтому прекратил проверять все подряд, а попытался лишь получить поверхностное понимание, где что лежит.

Поэтому я и в мирах не лез во все таблички. Брал одну, смотрел на надпись на стене, которая, обычно, говорила о каких типах миров идет речь, читал и сразу переходил дальше.

«Когда лес каменеет, становится выше гор и захватывает всю планету, выжить можно только умея пользоваться каменной древесиной, что прочнее железа.» И еще десятки табличек с описанием миров, где преобладают все типы джунглей, дремучей тайги, зарослей. Тут я, наверное, и сам уже мог подкинуть пару описаний, если бы у меня оставалось на это время.

«В пустынях — ищи воду. В пустошах — ищи еду. В городе — ищи, где спрятаться. В темноте — свет». Это я бы переложил к философии, но ладно, пусть будет здесь.

В одной из самых маленьких ниш, которая была в пещере, стояло еще несколько табличек. Ниша не только была маленькая, но еще и полупустая. На стене рядом красовалась надпись: «невозможные миры». Интересно.

«Доходят слухи…» — стандартное начало для тех табличек, где автор писал не личные наблюдения, а те, фиксировал с чьих-то слов, и, более того, не слишком то им и верил. Но все же счел достойным фиксации., — «доходят слухи, что есть мир(ы) где власть голоса сильнее власти железа. Где планеты превращены в слуг для тех, кто владеет словом. Слово управляет, слово ведет, слово способно создавать.» Да, такое я уже слышал от Идриса. «В этих мирах традиционно сильны идущие, ибо они, как никто другой, умеют управлять собой, а значит — и словом».