Он поднял руку, и каюту окутало золотое сияние — Пятый «смотрел» на местный участок Сети, и делал проекцию для остальных. Минута-две — да, можно, но не дольше, потому что слишком высок риск обнаружить своё присутствие. Хотя… Пятый крутанул схему, по каюте пронесся разноцветный, искристый вихрь — как морская волна.

— Вот Тингл, — произнес он. — Видишь? Мир вне циклов, входит в сиур из таких же нецикличных миров… показать?

Лин уже стоял рядом с Пятым, и улыбался — конечно, как только Пятый начал работать, он подключился тоже, потому что оба они скучали об этом, скучали сильно, как скучают навеки разлученные любимые, как тоскуют об умерших, как грустит птица в клетке — о полёте.

— Покажи, — шепотом попросил Рэд.

— Смотри.

Еще один цветовой светящийся вихрь, и — выделенная схема, двенадцать пушистых светящихся шариков, соединенных мерцающими смычками.

— Жизнь, — тихо произнес Лин. — Жизнь, в самом высоком её проявлении.

Схема и окружающие её световые сполохи стали гаснуть, и через полминуты пропали совсем.

— Как красиво, — Рэд покачал головой. — Так близко я никогда не видел. Как же это красиво.

— Невероятно просто, — кивнул Скрипач. — Ну что, вернемся к нашему разговору? Лин, Пятый, давайте теперь по делу. Самое главное мы уже выяснили, теперь надо ваши дыры в шкурах как-то объяснить, вам не кажется?

— Только это будет надолго, — предупредил Пятый. — Рэд, знаешь, давай мы будем рассказывать поэтапно? И начнем с молодости, потому что как раз в молодости мы и ходили на яхте, которую сделали сами, и море мы тоже полюбили как раз тогда. Нам очень хотелось яхту, а денег не было, и мы сделали её, из катера, который купили.

— Из леталки? — удивился Рэд.

— Ну да, из леталки и сделали. У нас была первая на той планете летающая яхта, — с гордостью сказал Лин. — Она могла летать даже под парусом, не под обычным, конечно, мы специально сделали, чтобы такие фокусы… в общем, всё покажем. Ну что? Рассказать?

— Расскажите, — Рэд впервые за всё время улыбнулся. Ит внимательно посмотрел на него, и удивился — потому выглядел Рэд так, словно с плеч его свалился какой-то непомерно тяжелый груз, нечто неподъемное, которое давило, не давало жить и дышать. — Господи, как же я рад.

— Чему? — не понял Пятый.

— Тому, что она тогда оказалась права, та старенькая нэгаши, — Рэд повернулся к Иту. — Я догадываюсь, о чем ты хотел спросить.

— И о чём же? — Ит поднял брови.

— О том, что дальше, — ответил Рэд. — Но ты уже, кажется, знаешь ответ.

— Мы все знаем, — усмехнулся Скрипач. — Добро пожаловать в семью, Рэд Т-Кауса. И в честь этого события я предлагаю сперва искупаться, а потом сделать еще один рыбный суп. Никто не возражает?