— Извинениям ты бы не поверила…
Она посмотрела на меня, и я добавил:
— И оправданиям тоже.
Тая набрала в грудь воздуха.
— Ну а сейчас? — Палец с острым ноготком упёрся мне в грудь. — Сейчас-то зачем?
Она ткнула им с усилием, будто хотела проколоть насквозь.
— Сейчас, потому что это последний шанс?
— Нечестно! — Грудь заходила ходуном, но её голос стал звонким: здесь, рядом. — Нечестно так с книгой!
— Я согласен с Леной. Это всего лишь предложка…
Она топнула ногой.
— Да при чём здесь это?!
Моя колючка выпустила шипы. Ей не всё равно. Не с продвижением книги. Может, ещё не всё просрано? Может такое быть?
— Ты её прочёл!
— Конечно.
— ЗАЧЕМ?
Я автоматически сделал шаг в её сторону, но она отпрыгнула как чёрт от ладана.
— Ну не-е-ет! Нет, слышишь! Хватит с меня набережной! И Марины хватит!
— Тому видео было уже три месяца. — Заглянул ей в глаза: они были не просто злые, а потерянные и гаснущие. Словно она уже сама себе всё объяснила. Сразу вспомнился Ленин выкат про духи. — Я не мог оставить пьяное тело после того, как её охрана вывела. Позвонили мне. Лёха на смене. Выбор был только между херово и по-скотски. Пришлось тащить её на себе несколько кварталов и держать, когда выворачивало.
Тая вздрогнула на последних словах, поёжилась.
— Для этого не нужно говорить «по делу» и уезжать на полночи.
— А ты бы поверила? — Посмотрел на неё прямо. — Я ведь не врал тебе.
Она растёрла лицо ладонями, протяжно, медленно.
— Ты мог сказать одно предложение. Одно. В ту ночь. «Еду забирать пьяную бывшую». И я бы поняла. Но ты сказал «по делу». И говоришь мне обо всём этом только сейчас?
Я снова сделал шаг в её сторону, она от меня. Да твою мать!
— Если бы ты не отправила меня в ЧС, ты бы уже утром всё знала. Я отправил тебе сто сообщений, звонил, да чёрт, я даже новую симку купил, чтобы тебе прозвониться! Всё в песок! Всё! Полный блок, по всем фронтам, хоть как раскорячься!
Она смотрела на меня, не мигая.
Внутри что-то сорвалось, и меня понесло:
— Тебе написал Ваня, что у меня проблемы, и ты ответила из жалости. Что я должен был сделать? Я понимаю слово «нет». Даже мудаку не хочется слышать, какой он мудак. Ты ведь с самого начала именно это во мне видела.
Она сдулась, но смотрела, не отводя взгляда.
— Я прочёл книгу, да, — усмешка получилась невесёлая. — Хэль сглазила, послав меня лесом, когда я просил твой адрес, бросила, что мы ещё прочитаем о себе у Рин Гарсс. И я подумал, что чем чёрт не шутит. Доказывай, а не рассказывай. Когда нет доверия, оно не появляется на ровном месте. Такой ведь там рецепт?
Тая молчала.