Кажется, действительно, пора спать.
52. Поездка к маме. Тая
Поездка к маме планировалась давно. Она нависла надо мной ещё с того момента, как от неё вернулась Лена. Я оттягивала, как всегда. Но надо было объяснить про Лену и Питер, пока мать не узнала от кого-то другого и не устроила катастрофу вселенского масштаба с розысками, поисковыми собаками и кинологами. Да, мама у нас тоже музыкант, она феерично играет на нервах.
Я поехала утром одна. Женя предложил отвезти, сказал, что поправился. Но я отказалась. Это моё. Моя мать, мой отчим, мой цирк. И я не хочу лишних зрителей. Если заляпает грязью, хотя бы не будет стыдно.
Въезд на территорию был закрыт, я нажала на кнопку под глазом камеры. Минуты две ничего не происходило, а потом воротина, тихо шурша каким-то внутренним механизмом, отъехала в сторону. Дом встретил равнодушным крыльцом и закрытой дверью. Я постучала. Через какое-то время открыла Лидия Васильевна, которая следила тут за хозяйством.
— Таюшка, привет, моя хорошая. Проходи. Я как раз приготовила ужин. — Она улыбнулась, поправляя фартук. Эта пожилая миловидная женщина всегда была добра ко мне. Я сняла пальто и сапожки, в то время как она, наоборот, засобиралась. — Светлана с Александром в гостиной уже сидят. Иди, а то остынет. Суп с клёцками и чай облепиховый с шарлоткой. Как ты любишь. — Она подмигнула, погладила меня по плечу и вышла за дверь.
Я немного постояла, провожая её взглядом, и поплелась в гостиную.
— Привет, — сказала я, отодвигая стул.
— Угу — угу, — промычал отчим, занимаясь поглощением пищи, словно говоря, чтоб не отвлекала.
— Ну рассказывай, как вы? — спросила мама.
Первые полчаса прошли нормально. Разговоры в паузах между супом и котлетой по-киевски. Мама спрашивала про работу, я отвечала коротко. А вот потом она спросила про Лену.
— Уехала в Питер, — пришлось рассказать мне. — На книжный фестиваль. У неё всё хорошо.
— А Лёша? — Мама вскинула бровь.
— Вроде он был против, разве нет? — резко пробасил Александр.
— Они расстались.
Мама замерла с чашкой в руке. Александр Викторович опустил очки на нос и отложил в сторону журнал.
— Как расстались? — Мама поставила чашку. — А квартира?
— Квартира на месте, что с ней будет. Лёша никуда не делся. Лена уехала сама.
— А деньги? Она же не работает толком, на что она там живёт? — вскинулась она ожидаемо. Так, вдох-выдох. Вдох-выдох. Спокойствие, только спокойствие.
— Не волнуйся, мам. Есть у неё деньги, всё нормально.
— Откуда такая уверенность? — Александр Викторович положил руку поверх журнала. Голос ровный, но я уже знала этот тон. Как давление в трубе перед тем, как потечёт.