— Болван, — он закатил глаза, всем видом показывая, как устал. — Я не предлагаю её бросить. Я спрашиваю, много ли она босая сможет по лесу пройти?

— По лесу? — переспросил я, сбитый с толку.

— Я что, заикаюсь, нэк? По лесу, Менос! Или ты думал, мы весь путь до самого дома проведём, не слезая с лошадей, как благородные лорды?

— Но ведь… — я запнулся.

— Для нас обратной дороги нет. В открытой степи нас быстро нагонят. Поэтому только вперёд, за сотниками.

— Через перевал? — вырвалось у меня.

Сам я там никогда не бывал, но слухов ходило достаточно, чтобы понимать, что это очень плохое место. Ледяной ветер, узкие тропы и твари, живущие в расщелинах. Не зря сотники так спешили объединиться с передовыми войсками. Там в одиночку не выжить.

— Конечно нет! — шаман фыркнул, словно я предложил искупаться в лаве. — Туда нам путь заказан. Мы свернём в сторону намного раньше. Пройдём через лес Обречённых, нэк.

Легче не стало. Название мне не понравилось. Совсем.

— Местечко то ещё, гиблое, — не стал лукавить старик, заметив моё вытянувшееся лицо. — Но там густой подлесок и старая магия. Чем меньше отряд, тем больше шансов проскочить незамеченными. Орки побоятся туда большими силами сунуться. А вот мы вчетвером проскользнём. Должны, нэк.

Я кивнул и сразу метнулся к лежаку.

— Талли!

Я довольно грубо растолкал девушку. Она открыла глаза, сладко потянулась и, увидев меня, улыбнулась. Впрочем, мне было не до сантиментов.

— Держи, — я сунул ей в руки свои запасные штаны из грубой ткани, небольшой костяной нож, моток ниток и костяную иглу.

— Что это? — она сонно моргнула.

— Мы скоро уходим. Времени мало. Тебе нужно ушить и подогнать штаны под себя. И платье… — я критически осмотрел её длинный подол. — Обрежь его. Переделай в рубаху.

Талли не стала задавать лишних вопросов. Сон с неё слетел мгновенно. Она серьёзно кивнула и споро взялась за работу.

Я же задумался, глядя на её ноги. Возле лежанки стояла пара простеньких сандалий. Это единственное, что у неё было. Тонкая кожа и плоская почти стёршаяся подошва. Отличная обувь для прогулок по мощёным улицам столицы, но в лесу они развалятся буквально спустя сотню шагов. А босиком девушка действительно далеко не уйдёт.

Тем более, если придётся бежать. А хоть иногда, но бежать придётся наверняка.

— Учитель, можно возьму? — я хлопнул ладонью по крышке одной из лакированных шкатулок.

Внутри, в мягких гнёздах из войлока, покоились три флакона простого исцеляющего зелья. Мутноватая красноватая жидкость. От смерти такое не спасёт. Дыру в сердце не залатает, но боль снимет, кровь остановит и заставит раны затянуться в несколько раз быстрее. На войне это жидкая жизнь. Будь у нас таких пару тысяч, то и войско не пришлось бы разделять. За неделю большинство раненых снова встали бы в строй.