Старик сперва посмотрел на меня, как на умалишённого. В его взгляде читалось явное желание стукнуть меня посохом за такую наглость. Но затем он обвёл взглядом шатёр и тяжело вздохнул. Вспомнил, что с собой всё забрать не получится.

Уходить придётся налегке. Лишний вес в пути, особенно в лесу Обречённых это смерть. А значит, всё, что останется здесь, будет потеряно. Если шатёр после орков не разграбят свои же из Гнилой Рыбы, то доберутся падальщики из других кланов.

— Бери, нэк, — ещё раз вздохнул он, с трудом давя в себе жадность. — Всё лучше, чем оставлять оркам.

— Спасибо.

Зажав под мышкой пару шкатулок, вторую прихватил для верности, я выскочил из шатра.

Оказавшись снаружи, я завертел головой. Как назло, поблизости не нашлось ни одного гоблина. Обычно эти проныры кишели повсюду, но сейчас все словно испарились. Скорее всего прятали награбленное.

Пришлось прогуляться и немного углубиться в лабиринт палаток.

— Эй! — оклинул я сгорбленную фигуру у кучи мусора.

Тощий гоблин дёрнулся, как от удара кнутом, и поспешно завёл обе руки за спину, пряча какую-то тряпку. Его глаза забегали, оценивая опасность. Но он быстро сообразил, что я не претендую на его скарб, и немного расслабился.

— Чего тебе, нэк? — прошипел он недовольно.

— Хочешь? — я приоткрыл крышку шкатулки, позволяя косым лучам заходящего солнца бликовать на стекле флаконов.

Глаза гоблина загорелись алчным огнём. Коротышка без труда опознал товар.

— Обмен, нэк? — он тут же вытащил из-за спины спрятанное. Развернул тряпку и показал массивный кулон с позолотой, явно содранный с мёртвого офицера.

— Нет, — я захлопнул крышку. Достал из кармана прихваченный с собой сандаль Талли и сунул ему под нос. — Нужна пара обуви. Такого размера.

Гоблин взял сандаль двумя пальцами, понюхал и прищурился, оценивая длину и ширину стопы.

— Нужны крепкие ботинки! — с нажимом повторил я, заметив, что торгаш косится на свои собственные, перемотанные верёвками сапоги. — Кожаные. Высокие. И чтобы подошва добротная.

Вместо того, чтобы самому носиться по лагерю, разыскивая покойника с подходящим размером ноги, я решил обратиться к профессионалам. Падальщики уже наверняка подмели всё самое ценное.

Зеленокожий облизнул губы и потянул когтистые лапы к шкатулке.

— Давай, нэк.

— Сперва притащи обувь, — я отступил на шаг.

— Жди здесь, — с лёгким разочарованием, вздохнул гоблин и шмыгнул за ближайшую палатку.

Он вернулся буквально через пять минут, таща в охапке связку из двух пар обуви. Одни — добротные, из мягкой кожи. Вторые — погрубее, и размером больше чем нужно, но зато с толстой подошвой.