Не просто — да, но на моральный климат это сильно повлияло. Развлечений в настоящее время, особенно в провинции, как-то маловато. Даже вон личная жизнь русских офицеров, стоящих здесь на постое, обсуждалась месяцами, а приём у командира русского егерского полка, расквартированного в окрестностях Вольгаста, считался одним из важнейших светских событий государства — сразу после приёмов самого Грифича.

Соревнования и прочие мероприятия по сплачиванию людей были нужны ещё и потому, что большая часть подданных Игоря была эмигрантами — семнадцать тысяч из тридцати. Да, в большинстве своём они имели здесь корни и шли не «наобум», а к каким-то родственникам, пусть и очень дальним. Однако проблему «притирки» это не отменяло — народ стекался к нему очень разный — и «тараканы» у них были тоже разные.

Милиция и соревнования сильно помогали — вот, даже преступность «просела» на порядок, несмотря на наплыв эмигрантов. Ну как тут «пошалить», если примерно каждый пятый мужчина подходящего возраста состоял в милиции, причём остальные члены его подразделения жили по соседству? Выучка, плюс умение работать в команде, плюс — масса готовых придти на помощь «правильных» мужчин, постоянно пересекающихся друг с другом на каких-то соревнования — пусть хотя бы в качестве зрителей.

Закончилась эпопея посещением конезаводов на Рюгене. И да — именно во множественном числе. В одном разводились обычные кони… Впрочем, «обычными» коней, предназначенных кирасирам, никак не назовёшь. Постоянное поголовье на сегодняшний момент насчитывало чуть больше пятиста голов — неплохой результат, учитывая, что разведением князь занялся сравнительно недавно. Однако и слишком сложной эту задачу нельзя было назвать — рядом была Скандинавия и Германии, откуда можно было импортировать весьма породистый скот.

Был и конезавод, которым рюгенцы особенно дорожили — здесь выращивали таких же лошадей для кирасиров, но исключительно белоснежных. В своей основе эти были те самые лошади, которых ему надарили после «Битвы у Моста». Жители острова весьма трепетно отнеслись к ним и снова Игорю казалось, что тут присутствуют какие-то «сакральности». Пусть пока «облачных» коней было менее полусотни, но учитывая трепетное отношение рюгенцев к табуну, его будущее выглядело оптимистично.

Супруга с детьми покинула принца на том же корабле, что доставил его на Рюген — старики предсказывали, что в этом году волнения на море начнутся раньше обычного и Наталья не захотела подвергать детей даже небольшому риску.

— Милый, ты не обидишься? — С некоторым сомнением спросила она.