Дело пошло быстро. Я читала ответы, проставляла балы по той шкале, что выдал Рассаширский, и в какой-то момент вообще перестала думать о его присутствии.
Шея затекла. Я подняла голову, чтобы размять одеревеневшие мышцы и наткнулась на пристальный взгляд темных глаз.
Глава 12
Глава 12
— Что? — не выдержав, спросила я. — Дай мне три последних проверенных работы, — он протянул руку. Отдала ему в недоумении. Он пробежался глазами по всем листам и протянул их мне обратно. — Ты меня обманула, — с прищуром смотрел на меня. — Не понимаю, — нахмурилась я, твердо решив, что ни за что не признаюсь, что обманывала хоть в чем-то. — Ты проверяешь работы, не сверяясь с ответом. А говорила, что не знаешь программу. Я мысленно выдохнула и расслабилась. — Я прочитала правильный ответ, — заметила спокойно и твёрдо смотрела в его глаза. — Настолько феноменальная память? — вскинул он брови. — К тому же, там есть правки даже те, что не указывал я. Мелочи. Не очень важные детали. Но ты заметила. — Был хороший учитель истории, — пожала я плечами. — Конкретно эта тема мне немного знакома. — Немного, — хмыкнул он саркастично. — Как звали твоего учителя? Плохой вопрос. Неожиданный. Назвать настоящее имя? Нельзя. Пришлось соображать быстро. — Господин Саджэро, — проговорила я. И точно знала, что лицо не дрогнуло от новой лжи. А фамилия настолько распространена на севере страны, что пусть ищет, сколько угодно. — Саджэро, — ухмыльнулся капитан. Не верит, поняла я. — Почему мне все время кажется, что ты лжешь? Я не отвела взгляда. Не покраснела. Не смутилась. Просто несколько минут вглядывалась в его глаза. И когда ответила, голос не дрогнул. Даже позволила легкой, едва заметной насмешке проскользнуть между слов. — Я не имею понятия, почему вам так кажется. А вот почему вы ко мне столь придирчивы и подозрительны? — вскинула брови. Сомнений в этом у меня не было. — Придирчив? Нет, — качнул он головой. — Требователен. Особенно требователен к тем, в ком вижу потенциал, — оглядел меня с явным намеком. — Подозрителен? Внимателен. Ко всем. Профессия приучила. — И все же, вы все время пытаетесь меня подловить. На чем-то. На чем-то мне неизвестном. В чем вы меня подозреваете? Ах нет, — наигранно осеклась я и хлопнула ресницами, что вызвало кривую улыбку мужчины. — Что вызывает ваше повышенное внимание? — Все в тебе, — как на духу выдал он, чем заставил напрячься. — Твоя история. Она полна дыр и странностей. Твоё поведение. Твой уровень магии и владения ею. Даже твои знания по истории. — Я люблю учиться, — светло и открыто улыбнулась, чтобы развеять хоть немного напряжения, что начало искрить между нами. — Отец привил любовь к знаниям. Всегда говорил, что только они могут помочь мне в жизни стать самодостаточной и самостоятельной. Вы в этом похожи, — и тут я впервые почти не кривила душой. Капитан ещё несколько секунд прожигал меня взглядом. Потом коротко кивнул. — Продолжай работу. Я тут же подхватила листы. Правда несколько минут понадобилось, чтобы смысл написанного стал доходить до разума, а волнение отступило. — И если не хочешь вызывать повышенного интереса у мужчин, — вдруг проговорил капитан, — прекрати смотреть на них с таким вызовом и упрямством. Я вскинула удивлённый взгляд. — Меня учили смотреть в глаза собеседнику, — пробормотала я. — А ты чрезмерно хорошо научилась, — уже не глядя на меня, усмехнулся он. «А не пойти ли тебе к Всемогущей?» — подумала я возмущённо. Вот уж точно они с папенькой похожи. Взгляд ему мой не нравится. Как хочу, так и смотрю. Пока глаза в пол опускала, только носки собственных туфель и видела. — Не пыхти, — уже открыто посмеивался он, поднял взгляд и с улыбкой проговорил: — Прекрати сверлить меня своими глазами. Смотри в листы. Наряд — дело неприятное. Скрипнула зубами и принялась за работу. И в первом же листе едва не написала «гад» большими буквами. Вот было бы интересно посмотреть, как бы капитан сию оценку объяснял курсанту Роунгу.