Я смотрела в его темные, как ночное небо, глаза, в которых отражались огни города.
— Это ты мне так деликатно предлагаешь стать твоей любовницей на время обучения? — вкрадчиво спросила я, даже не пытаясь забрать свою руку из его плена.
— Я совру, если скажу, что такой мысли в моей голове не было, — улыбнулся он одними уголками губ, — но я предлагаю не лишать себя возможности ощутить свободу прямо сейчас. А потом уж будь, что будет.
Я криво усмехнулась. Как объяснить ему, что не готова размениваться на легкие мимолетные интрижки? Не для меня это. К тому же… Я об этом когда-то даже всерьез задумывалась. Броситься в омут с головой и не думать о будущем. Только было кое-что, что всегда меня останавливало от этого опрометчивого поступка. Я боялась. Боялась влюбиться и потерять все в одночасье, если вдруг все мои планы рухнут. И что потом? Собирать сердце по осколкам рядом с ненавистным женихом, а потом и мужем? Такого двойного удара я просто не выдержу.
— Я так не могу, — выдохнула, даже не пытаясь объясниться. Все равно не поймет.
Он и не пытался понять. Попыталась убрать руку, но он лишь крепче сжал, поднес мою руку к губам и легонько поцеловал пальчики. Сердце дрогнуло. Смущение и смятение накрыло с головой.
— Я не стану настаивать. Уже вижу, что ты готова сбежать, как уже сбегала от меня, — улыбнулся он мягко. — Просто разреши ухаживать. Я не обижу. Обещаю. Вдруг у нас получится… Что-нибудь. В конце концов, моя семья хоть и не титулованная, но не последняя в военных кругах. Я обещаю помочь, если с военкой не срастется. Постараюсь. Если ты позволишь.
Глава 17
Глава 17
Будние дни вновь полетели вперед, сменяя друг друга и почти ничем не отличаясь. Я нырнула в обучение с головой. Тактика и стратегия, история государства от основания и до наших дней, география и топография, мировая история, магические практикумы, физическая подготовка, уроки выживания, первой помощи… В наши головы пытались впихнуть столько информации, что голова гудела утром от будильника, вечером от нагрузки. Кажется, первокурсники были похожи на поломанных заведенных кукол, которые бесконечно бормотали что-то неразборчивое.
Я поняла, что посвящение — это не просто принятие нас в семью академии и военных, но и та точка, с которой у нас началась настоящая учеба. Оказалось, что до этого нас щадили. А теперь настало время настоящим испытаниям на прочность, выносливость и готовность вгрызаться зубами в возможность стать настоящим военным.
Наряды вне очереди посыпались, как из рога изобилия. Опоздали? Наряд. Разговор на занятии не по теме? Наряд. Беспорядок в казарме? Наряд дежурному. Неаккуратно заправлена постель? Наряд. Казалось, что над нами издеваются. Один из однокурсников наряд схлопотал на построении только потому, что у него пуговица была не до конца застегнута на кителе. Мы валились с ног от усталости, но утром вновь поднимались и проживали очередной день. Еда в столовой перестала быть вкусной. Или невкусной. Я просто ела, чтобы насытиться и не остаться совсем без сил. А после неслась в библиотеку, чтобы закончить какой-нибудь доклад или найти нужную информацию по очередному заковыристому вопросу. А еще, именно в библиотеке, как правило, меня перехватывал Мики. Сочувственно качал головой, уверял, что к концу первого полугодия станет легче и жестом волшебника выуживал откуда-то какую-нибудь булочку, яблоко, грушу или пирожное. Как и где он доставал их, я не имела понятия. Но именно эти перекусы в библиотеке, пока не видит смотрительница, окрашивали каждый день в яркие краски и отличали один день от другого.