Я отвесил церемониальный поклон, внимательно посмотрел на её злое лицо.
— Хотите сказать, что как бы не стыдитесь, что в разгроме декабристов очень даже помогли власти?
— Не стыжусь, а горжусь, — выпалила она с торжеством. — И поможем снова, если те мерзавцы попытаются вернуться в столицу! И начнём с тебя наглый мерзавец! Вылетишь с треском!
— Желаю успеха, — сказал я холодно, повернулся и ушёл в другой конец зала.
Глава 13
Сердце стучит учащённо, жар поднимается от сердца к голове, хотя её, как завещал железный Феликс, надо держать холодной.
От группы, окружавшей княжну Долгорукую, а на самом деле Долгорукову, отделился статный офицер в гвардейском мундире и твёрдыми уверенными шагами направился ко мне.
С виду надменный и напыщенный хлыщ, рослый, как положено родовитому, рожа мерзкая, а вид такой, что он высшее существо, но вынужден приблизиться к некой грязной твари, кем являюсь я.
Я развернулся и ждал, а когда он приблизился и ещё не успел открыть рот, я сказал зло:
— Дуэль?.. Прекрасно. Как вызванный, я выбираю оружие. Сабли, шпаги, мечи — всё равно. Время и место любое, можно здесь же в саду, с той стороны здания очень удобное.
Он заметно растерялся, явно ожидал держать разговор в своих руках, но собрался, ответил надменно:
— Прекрасно. Как вы и предлагаете, можем сейчас незаметно покинуть приём и выйти на ту сторону сада. Ваши секунданты?
Я отмахнулся c небрежностью аристократа, чей род отличился в решающей битве с неандертальцами и захватил в личное владение множество их женщин.
— Мне хватит ваших. Полагаю, они благородные люди или такие, как и вы?
Он поклонился.
— Сейчас всё увидите. Вон через ту дверь можно выйти на ту сторону дворца.
— Прекрасно, — сказал я. — Не трудитесь запоминать дорогу, обратно уже не вернётесь.
— Зато вы вернётесь, — отпарировал он. — На носилках и вперёд ногами.
Приглашённые им в секунданты офицеры поспешили выскочить первыми, нужно же осмотреть место дуэли. В дверях мы даже столкнулись, его плечо твёрдое, как гранитный валун, но протиснулись, дальше коридор шире, вывел нас на ту сторону сада, от снега очищено только вдоль стен, дальше высокие сугробы.
Он перехватил мой взгляд, сказал свысока:
— Да, убегать будет трудно, но не переживайте, я уложу вас прямо здесь.
Мы вышли на утоптанное место, секунданты переглянулись, один сказал нерешительно:
— Честно ли проводить схватку с курсантом? Он наверняка ещё в руках не держал боевую саблю.
Я сказал беспечно:
— Да, у меня и сейчас игрушечная. Но это не спасёт тех, кто ей не понравится.
Офицер насупился, но счёл делом чести предупредить: