- Ха-ха, - выдавила я иронично. – Покажите, как вы насаживаете.
- Ох, Васька. Твои б предложения, да… кхм, ладно. Смотри, - подойдя ко мне ближе, Пётр продемонстрировал, как филигранно он умеет насаживать червя на крючок. Тот даже не сопротивлялся ему. Почти.
- У вас так хорошо получается. Насадите и мне.
- Сама насаживай, - хохотнул Пётр.
- Мамочки, - пискнула я и поднесла крючок к попке червя. Или к его лицу. Сложно сказать. – Я буду осторожной, хорошо? Ты только не извивайся так, пожалуйста. Я могу промахнуться и попасть тебе куда-нибудь не туда. А мы ведь оба не хотим этих неловкостей, ведь так? Просто дай мне дырочку. Смотри, какой ты красивый…
- Я, пожалуй, запомню это всё, - смеялся в стороне Пётр, который, вместо того, чтобы начать рыбачить, наблюдал за тем, как я тут с червём упражняюсь.
- Он не даёт! – возмутилась я, когда червяк словно специально отвел попку подальше от острия крючка.
- Вот-вот. Почувствуй, что это такое.
Собрав всю волю в кулак, я, с самыми искренними извинениями перед червём, наконец, пропустила через всё его тело крючок.
- Прости ещё раз.
- А теперь поплюй на него.
- Зачем? – поморщилась я, глянув на Петра.
- На удачу.
- Что он вам плохого сделал?! – возмутилась я. – Вы и так его пополам порвали, потом я его на крючок насадила, а теперь ещё на него поплеваться нужно. За что столько унижений одному маленькому червяку? А ведь его ещё и рыбы обглодают.
- Ты когда мясо ешь, свинку и коровку жалеешь?
- Ну, да.
- А почему тогда продолжаешь есть?
- Вкусно.
- Ну, и тут почти то же самое. Сначала вкусно будет рыбе, а потом и нам. Плюй.
- Не буду, - воспротивилась я.
- Как хочешь, - махнул на меня Пётр рукой и пошёл к столику, чтобы положить около него чемоданчик со снастями. – Только потом не ной, если без удачи ничего не поймаешь.
- Можно подумать, что мои слюни – магнит для рыбы, - буркнула я себе под нос. Затем, немного подумав, всё же плюнула на червя. Совсем чуть-чуть. Больше звуком плюнула, чем слюнями. – А теперь неси мне рыбку побольше, червячок.
Подойдя ближе к берегу, я замахнулась удочкой и фиганула ею вперед, ожидая, когда поплавок и червяк просвистят над моей головой и упадут в водную гладь.
Но вместо свиста последовал отборный мат, на который я резко обернулась и увидела, как из верхней губы Петра торчит обплеванный мной червяк.
- Васька, ёб твою мать! – рыкнул Пётр. – Ты что наделала?
- Поплевала на удачу. Вы же сами сказали…
Ясно было одно – сам червяк за верхнюю губу Петра зацепиться не смог бы. У него даже лапок нет. Значит, за губу зацепился крючок.