Неподалёку загрохотало особенно сильно. Я выглянул в бойницу. Стена уходила вправо, теряясь в багровой мгле. Видимость никакая, но даже сквозь эту муть я рассмотрел, как рушится зубец соседней башни.

Три великана, возвышавшиеся, как живые горы, долбили ручищами по каменной кладке. Удары были медленными, зато чрезвычайно мощными. Я видел, как в стене башни появляются трещины, как сыплются вниз камни. Как люди отбиваются, стреляют из луков, кидают в бурусов копья.

Бесполезно.

Им могли бы помочь баллисты. Жаль, ни одна баллиста в окрестностях не стреляла. Защитники ушли в глухую оборону, изо всех сил стараясь выжить. Бурус лупил и по нашей башне. К счастью, у нас он был только один. И наша башня пока держала удар.

Закончив с оценкой ситуации, я поспешил к одному из проходов на стену. Надо было чаще сменять бойцов в ключевых точках. Сегодняшняя битва обещала стать очень долгой.

А через пару гонгов сквозь вой ветра и топот демонов до нас докатился грохот. Оказалось, это дрогнули и накренились верхние ярусы соседней башни. Неспешно, величественно, как падает дерево, подрубленное под корень, они начали оседать. Туча пыли взметнулась вверх, смешиваясь с уже висевшей в воздухе — и скрывая всё происходящее из виду.

Стена под нами вздрогнула так, что я прикусил язык. Кровь наполнила рот, а в ушах зазвенело. Где-то внизу, на нижних ярусах, что-то с грохотом рухнуло. То ли перекрытие, то ли кладка. Наша башня застонала и заскрипела, будто рыдая о погибающей соседке.

Стена вибрировала всё сильнее. С потолка сыпалась каменная крошка, смешанная с песком. В углах, где сходились плиты, вдруг появились тонкие трещины.

Даже демоны на время замерли, пережидая дрожь. А потом навалились с новой силой…

Ахалги лезли отовсюду. Они просачивались сквозь бойницы, слишком узкие для песчаных людей, но достаточные для этих летучих пиявок. Они падали сверху, из тёмных углов, куда незаметно пробирались по потолку. Воздух был наполнен противным писком и хлопаньем крыльев.

— Свон! Свон! — я обернулся на крик и чуть не пропустил удар кровавого перста.

Дела у Свона и впрямь обстояли неважно. Он стоял у стены, прижимаясь спиной к каменной кладке. Вокруг кружили ахалги — пять, шесть, семь тварей. Они не лезли все сразу, они ждали, когда он устанет — опустит руку или допустит другую ошибку.

Свон отбивался кривым коротким мечом. Лезвие сверкало, рассекая воздух и крылатых тварей. Один ахалг упал разрубленный, второй, третий. Однако твари всё не кончались. А вот силы у человека не бывают бесконечными.

Пара человек рванула Свону на помощь. На них тут же бросились остальные летающие твари. Мы все были в одинаковом положении. Все вынуждены были защищаться. Но почему-то именно Свону не повезло больше всех. Его выбрали целью и целенаправленно убивали.